От одной только мысли об этом Сол почувствовал неприятную пустоту в желудке.
– Поверь мне, родная! Все, что я сделал тогда, то решение, которое принял, все это было сделано исключительно потому, что я считал, что так будет лучше для тебя. И никогда, слышишь меня? – никогда я даже не помышлял о том, чтобы взять и бросить тебя вот так… без объяснений… Но так сложились обстоятельства…
– Это все из-за твоей мамы, да? Это она заставила тебя уехать?
Дот вспомнила тот холодный прием, который оказала ей Вида, вспомнила тот убийственный перечень аргументов, который выдвинула она, беседуя в кабинете «Купеческого дома».
– Да! – коротко ответил Сол. Это все, что он мог позволить себе сказать. – Мы сейчас общаемся с ней крайне редко. Они с отцом переехали в другой дом на этом же острове.
Дот на миг оторвалась от него.
– И ты живешь в таком огромном доме один?
Сол тоже сел и выпрямился, и только сейчас Дот заметила, как в лучах солнца блеснуло тонкое золотое кольцо на третьем пальце его левой руки. Странно, что она не заметила кольца раньше…
– Я живу там не один, а вместе с женой.
Дот мгновенно поникла. В этот миг она напоминала воздушный шарик, из которого только что выпустили воздух. Она подавленно молчала, переваривая полученную информацию. Жена… его жена… Значит, он женился. Женился, но не на ней!
– Так ты женился? – Ее голос предательски дрогнул, слезы снова потекли по лицу.
Сол понуро кивнул головой.
– У меня не было другого выхода.
Но тут Дот гордо вскинула голову, словно впервые вспомнив нечто очень важное.
– Я, между прочим, тоже вышла замуж!
– Ты вышла замуж?! – непроизвольно воскликнул Сол. Наступил его черед реагировать на неприятное известие. – За кого же?
– Я не люблю этого человека. Не могу его полюбить. Я могу любить только тебя.
Сол опять привлек Дот к себе и стал гладить ее рыжевато-шоколадные кудри.
– Я тоже не люблю свою жену. Не могу!
– Отец едва не выгнал меня из дома. А других вариантов у меня не было… Тут подвернулась такая возможность, и я ею воспользовалась… Если честно, то с тех пор, как ты уехал, я словно помешалась… Даже думать ни о чем не могла…
Судя по рассказу Сола, ему пришлось не слаще.
Вернувшись домой, он неделями пил, жил затворником, ни с кем не встречался. Он заливал свое горе спиртным, чтобы заглушить боль разлуки с ней, а боль все никак не утихала.
– Ах, любимая! – воскликнул он и тяжело вздохнул.
– Мы живем в ужасной квартирке. Самая настоящая дыра! – призналась Дот.
