Пришлось возвращаться в день сегодняшний.
– Можно мне тоже накрасить губы, как у тебя? – Ди смешно вытянула свои губки ей навстречу.
– Конечно!
Дот осторожно прошлась кисточкой с помадой по губам сестры, потом оторвала кусочек туалетной бумаги и положила ее между губами Ди.
– Сожми губы! – скомандовала она.
Ди сжала губы, запечатлев на клочке бумаги слабый розоватый след от помады, похожий на тетиву лука у купидона.
Дот погладила сестренку по щеке.
– Ты очень хорошенькая! Выглядишь превосходно!
– А ты – нет! У тебя такой уставший вид… А ведь ты сегодня должна вся светиться от счастья!
Дот невольно рассмеялась.
– И кто это тебе, интересно, сказал такое, а?
Ди хитровато прижмурилась и дернула головой.
– А вы, когда поженитесь, будете заниматься сексом, да?
– Что?! – В первую минуту Дот решила, что ослышалась.
– Мне моя подружка Марция так сказала. Она говорит, что, как только девушка выходит замуж, она может заниматься сексом. Вот у нее старшая сестра… вышла замуж. И уже три раза занималась сексом.
И у нее сейчас трое ребятишек. Наши мама с папой занимались сексом два раза, и поэтому нас только двое. Вы с Уолли тоже будете заниматься сексом?
Дот лишь растерянно покачала головой. Но от необходимости отвечать на прямой вопрос сестры ее спасло появление матери. Джоан буквально ворвалась в комнату. Она была уже в полной боевой готовности: пальто из бирюзовой чесучи и в тон ему мини-платье.
– Почти готова, да? – Тон у матери был лебезящий и чересчур жизнерадостный. Но при этом и невооруженным глазом было видно, что она заметно нервничает.
Вот она нетерпеливо схватила с туалетного столика расческу, привлекла к себе Ди и, усевшись на кровать, зажала девочку между ног и принялась расчесывать кудряшки на ее головке, стараясь уложить их в некое подобие прически.
Дот глянула на отражение матери в зеркале.
– Сама толком не пойму, готова я или еще нет. Что-то в голове туман стоит!
Джоан сердито взмахнула расческой в сторону старшей дочери.
– Прошу тебя, Дот! Не начинай все сначала! Не смей! Вот где у меня уже все это! – Джоан показала на собственное горло прямо под подбородком, наглядно продемонстрировав верхний уровень своего раздражения.
– Достала ты уже меня, Дот! Я тут день и ночь трудилась, готовила стол… И я не позволю тебе испортить всем нам торжество. Никаких фокусов, Дот! Бери себя в руки, и вперед! Это – твой шанс!
Дот поднялась со стула. Она была еще в одном белье и в чулках. Сегодня она накрасилась несколько ярче, чем обычно.
