Чтобы без победы не возвращался, понял меня? — строго спрашивает Светлана. — Порви их всех.
Рассмеявшись, князь гордо выпячивает грудь и кивает. Подойдя к Виталику, треплет его по голове и говорит:
— Увидимся вечером, сынок.
— До вечера, ваше сиятельство, — поправив очки, Виталик кланяется отцу.
Он возвращается в комнату для совещаний, а мама, протянув сыну руку, ведёт его к выходу. Они вместе выходят на улицу и направляются к машине отца — это длинный седан, почти лимузин, с перегородкой между водительским и пассажирским отделениями.
— Мама, можно я поеду спереди? — спрашивает Виталик, поправляя очки.
— Ты же знаешь, папе не нравится, когда ты так делаешь. Место спереди — для охранника, а не для княжича.
— Мам, ну, пожалуйста! Мне нравится смотреть на дорогу. Охранник всё равно с папой остался.
— Только не говори никому, что я разрешила, — наклонившись к сыну, игриво шепчет Светлана и подталкивает его к автомобилю.
— Ур-ра! — Виталий с радостным криком бежит к машине и сам открывает переднюю дверь.
Водитель помогает усесться княгине и, вернувшись за руль, подмигивает юному княжичу:
— Ну что, поедем вместе, ваше сиятельство?
— Поедем!
— Вы уже совсем большой, вам можно, — улыбается водитель.
— Конечно. Мне уже семь, — серьёзно кивает Виталик.
— Только пристегнитесь, ладно?
Водитель заводит автомобиль и выруливает на дорогу. Ресторан, где Грозины собирались пообедать втроём, находится в паре кварталов отсюда.
Виталик с удовольствием смотрит через лобовое стекло и представляет, что когда он вырастет, то сам будет водить машину.
Он будет, как отец, заниматься бизнесом и зарабатывать много денег, поэтому купит себе самую красивую и дорогую машину. А потом…
Как только автомобиль выезжает на перекрёсток, мир вдруг исчезает в оглушающем грохоте. Виталий чувствует, как его подкидывает в воздух, и ремень безопасности больно врезается в тело и шею. Очки слетают с лица и теряются где-то среди осколков вылетевших стёкол автомобиля.
На какой-то миг Виталик теряет сознание.
Он приходит в себя тогда, когда водитель с окровавленным лицом вытаскивает его из машины. Подхватив на руки, он бегом уносит его подальше. Виталий замечает, что сам тоже весь в крови — руки изрезаны, горячая струйка бежит по лицу, рот полон медного вкуса от прокушенной губы.
Автомобиль, в котором они ехали, горит — вся его задняя часть превратилась в сплошной пожар. Чёрный дым заполняет воздух вокруг, а где-то вдалеке уже слышатся звуки сирен.
