Осознаю, что стою у машины и с силой давлю на стекло. В груди вокруг сердца обвиваются змеи. Именно такой я себя чувствую. Столько лет извивалась вокруг мужчины, запутывая его в смертельном объятии, и под конец укусила, выпуская яд.
Но самое жуткое не это. Сердце в два счёта воспламеняется и сжигает всех змей в пепел, считая их пустой тратой времени.
Оно вне зависимости от исхода бьётся только для одного.
Для Громова, что единственный может его разбить, вытереть кровь, зашить, утихомирить и подкинуть вновь.
– Ваша работа меня не оценивать, а охранять! – злостно швыряю громилам.
– Едем в участок или где там сейчас сидит Громов!
Сажусь назад, протираю лицо, меня неистово колотит. Так много всего взвалилось, что у меня отказывают нервы.
Глава 21
УЛЬЯНА– Есть новости? – поднимаю глаза на входящего в гостиную Юрия. Слышала, как он заходит в квартиру, переобувается, прокашливается, медлит, но идти к нему навстречу нет сил. Очень устала, тянет к земле.
– К нему не пускают. – наперёд говорит он, зная, как я хочу увидеть Громова.
– Он сам приедет, как только уладят формальности. Это не быстро, Ульян. Наберись терпения! – проходя мимо детской, заглядывает внутрь и убеждается, что Златка спит, тихонько прикрывает дверь.
– Третий день заканчивается, Юр!! – набрасываюсь на него, когда он садится рядом на диван и невозмутимо переключает с музыкального канала на какой-то боевик. – Я не могу просто сидеть! Бездействие убивает!
– Всё идёт по запланированному плану… – приобретает странное выражение лица мужчина.
– Я чего-то не знаю?? – прищуриваюсь.
– Ты много не знаешь.
Отнимаю пульт, показывая боевой настрой и надеясь, что это что-то даст.
– Внимательно слушаю.
– Меня не наделили такими полномочиями. – долго смотрит мне в глаза. – Если Феликс сочтёт нужным, он тебе всё расскажет.
– И ты даже не пожалеешь бедную женщину? У меня слабое здоровье, сердце болит! Я ж вся изведусь!
– Ловко, Уля! – ухмыляется уголком рта. – Но что будет, если ты не так воспримешь мои слова и я спровоцирую ещё больше волнения? Я не хочу словить весь твой гнев, это пусть принимает на себя Громов!
– Говори уже!! – рычу сквозь зубы.
– Без криков, дочку разбудишь.
– Говори, Юра! – сбавляя громкость.
– Я тебе раскрою только один момент, дальше вы уж с Феликсом сами.
– Хорошо! – лишь бы уже начал выкладывать. – Что происходит?
– У меня есть все основания полагать, что Громова подставили.
– Это и дураку понятно! – фыркаю я, мне нужна стоящая информация.
