И те не желают с ними общаться? Право, это нонсенс!
Варя взяла чайник, налила в него воды и заговорила со странным выражением на лице:
– В сороковой квартире коротает век Эмилия Львовна, бывшая актриса, звезда шестидесятых годов, ныне абсолютно забытая. У старухи есть дочь, которая и поселила тут маму. Знаете, почему?
Я помотала головой, Варя включила чайник.
– Эмилия в свое время, занимаясь карьерой, вообще с девочкой не общалась, выгнала ее из дома в семнадцать лет, когда та забеременела. Не хотела иметь имидж бабушки! Да и понятно, почему.
Ну как можно изображать на экране студентку, когда у тебя внуки, а? Долгие годы Эмилия слышать не хотела о дочке, а потом старость наступила, ей предстояло жить на пенсию в три копейки. Вот тут старуху и осенило: где ее ребенок? И актерке повезло, дочь оказалась порядочной. Жить, правда, в одном доме с «мамочкой» не пожелала, но поместила ее в комфортные условия. Однако приезжать сюда не торопится. И здесь все такие! Если женщина была заботливой матерью, ласковой бабушкой, опорой семьи, а потом впала в маразм, то родственники никогда не сдадут ее в интернат, сами будут из-под нее горшки таскать и ее капризы терпеть.
А если она всю жизнь для себя жила, а затем права качать стала, укорять детей, мол, родила вас, теперь платите за это, – тут не стоит удивляться, что старуха в психушке окажется. И «Никитский парк» в таком случае лучший вариант. В общем, похоже, Фаина Климовна крепко своим досадила, раз тут жизнь доживает.
– И все же дайте, пожалуйста, телефон ее родных! – опять попросила я.
– Я его не знаю, – вновь солгала Варя.
– Но ведь деньги-то вам платят, – с укоризной отметила я. – А значит, вы общаетесь с детьми или внуками старушки.
– Нет, – стояла на своем сиделка, – я ни разу их не видела.
– А рубли птичка в клюве приносит?
– На карточку переводят, – пояснила Варя. – Зарплату никогда не задерживают!
– Ага… – растерялась я. – Ну хоть фамилию их назовите!
– Петровы, – не моргнув глазом, заявила Варвара.
И, увидев гримасу на моем лице, добавила: – Ей-богу, правда!
Меня охватило отчаяние. Неужели след обрывается? Почему Фаина Климовна называет Ирину Лидой? Увы, от самой старухи толка не добиться. Ну и кашу же я заварила, посоветовав Ирине начать самостоятельную жизнь!
Глава 11
Наверное, на моем лице отразилось отчаяние, потому что Варя вдруг очень тихо сказала:
– Ладно, дам телефон. Но пообещайте, что Мальвина никогда не узнает, где вы его раздобыли.
