Но дед сказал, что он ее улого… уголо…
- Уговорит?
- Ага!
Бабушка… дед… интересно. Я ведь знаю, что у Воробушка мама умерла? И с отчимом она не общалась. Вернее, общалась один раз, тогда, на кладбище, я помню ее рассказ. Интересно, кого парень называет бабушкой и дедом?
- Ясно. Я тебе так скажу, может мужики и портят, а вот настоящие мужчины – нет.
- Я настоящий!
Улыбаюсь, глядя в эти довольные, гордые глазенки.
- А то! Конечно настоящий.
- Я маму защисяю!
- А на неё кто-то нападает?
- Нет. Я зе защисяю!
- Молоток.
Ну что, еще окунемся и домой?
- Не домой в номел. В отель.
- Точно, в отель. Нравится тебе тут?
- Ага. Особенно моле. И тепло. Дома холодно.
- Это точно. Холодно.
Снимаю с сына полотенца, беру его за руку, веду к воде. Не представляю сколько времени прошло, полчаса, больше – телефон остался в номере, часы тоже. В шортах, которые на шезлонге только карта-ключ."
"Переживаю, что Воробушек нас потеряет, но мне так здорово вместе с мальчишкой. Хочется побыть с ним подольше.
Мы плаваем долго, но я слежу, чтобы его губы не синели.
Выходим, снимаю с него жилет, вытираю тщательно.
- Все, в отель?
- А молозеное мона?
Мороженое. Наверное нельзя. Да и денег у меня с собой нет. Конечно, я могу записать в отеле не счет, но…
- Слушай, Ник, я не знаю, разрешает ли тебе мама.
- Лазлешает. – кто бы сомневался, что он так ответит!
- Да, но я должен у нее спросить. Давай мы пойдем к маме, спросим, если можно то… закажем тебе самую большую порцию.
- Большую низя.
- Закажем какую можно.
Мы идем к отелю и тут я понимаю, что не знаю в каком номере остановилась Надя. Ясно, что я могу спросить на респешн, но…
Спрашивать не нужно.
Она вместе со своим викингом идет нам на встречу. Видит сына, которого я уже не несу, а веду за руку, улыбается, раскрывает руки в объятия, и он летит к ней, такой счастливый!
А ее муж смотрит на меня, явно желая того, чтобы я сгинул в пучине морской.
Что ж, приятель, еще посмотрим, кто кого!
- Ма! Мы кыпались! А еще я хочу молозеное, и Иляс сказал, что купит.
Если ты лазлешаешь!
- Ты разрешаешь? – смотрю на Надю, и вижу как она покрывается румянцем и дышит так…неровно.
Словно я спросил не о мороженом.
А я ведь и спросил не о нём…
Глава 7.
- Мороженое?
- Да, ма, хочу, хочу!
Она улыбается сыну, нежно обнимает, хочет поднять на руки, но викинг останавливает ее.
- Давай я. Тебе нельзя.
- Все в порядке, Слав, он не тяжелый.
Но он ее не слушает. Поднимает мальчонку сам. И меня это бесит.
