Слава сказал, что у него нет денег на бизнес-джет, у меня тоже не густо, но на один перелет хватит, а у Тамерлана есть связи с небольшой компанией, осуществляющей такие перевозки. Он пользуется ими регулярно. Мог бы и свой самолет приобрести, но, раньше говорил, что пока ему особенно не для чего. Теперь будет для чего, начнет Светлячка с детьми везде возить, если у них все на самом деле сложится.
Брат обещает помочь, говорит коротко, сухо, но по его голосу почему-то я понимаю, что у него всё хорошо. Он как будто… словно он был с ней, и я помешал! Хорошо бы это было так.
Надя возвращается минут через сорок, я все это время сижу в спальне, смотрю на сына. Он спит спокойно, чему-то улыбается во сне. Я думаю, что надо бы обустроить в моей квартире детскую комнату, места, правда, не так много. Но у меня еще есть дом, Тамерлан построил рядом со своим.
- Как ты тут? Ты не голодный? Может, закажем ужин?
Голодный, очень… Только… есть мне совсем не хочется.
Притягиваю ее к себе, усаживаю на колени, утыкаюсь носом в шею сзади, там, где торчит тоненький позвонок.
- Илик…
- Что? Прогонишь?
- Глупый… куда я тебя прогоню? Только… Тут Ник…
У меня появляется идея.
Резко поднимаю ее на руки, заставив тихонько вскрикнуть. Несу в ванную комнату.
Номер у них люксовый, такой же как у меня, спальня, ванная с джакузи и душевой кабиной.
Кажется, Надя уже поняла, что я задумал.
- Нет, Илик! Не вздумай!
- Почему? Ты же когда-то запихнула меня в душ в одежде?
- Тогда я не могла тебя раздеть…- улыбается, очерчивая пальчиками мои скулы, - а сейчас могу…
- И хочешь? – мне очень важно знать ответ.
Но она молчит, прижимаясь ко мне, пряча голову на моем плече.
- Надя…
- Зачем ты спрашиваешь, глупый… - шепчет прямо в ухо, так, что меня током в который раз прошибает.
- Но ты же еще не сказала мне «да»? Не согласилась стать моей женой?
Воробушек поднимает голову, смотрит как-то очень серьезно, так, что у меня сердце сдавливает. И я четко осознаю, что вот этот момент – самый важный в моей жизни.
Важнее, пожалуй, еще ничего не было, а может уже и не будет.
- Спроси еще раз.
- Ты… - у меня в горле ком, и во рту все пересохло, голос словно чужой, как будто я задаю этот вопрос в первый раз. – Ты будешь моей женой?
- Да.
- Ты… согласна быть со мной и в горе, и в радости?
- Да.
-Ты… любишь меня?
- Да, да, да…
И мы проваливаемся друг в друга, губами рассказывая о том, о чем бывает так трудно сказать словами.
Глава 44.
