Во всяком случае, клинически.
– Хорошо выглядишь, Лайла. – Грант поприветствовал свою зеленоволосую бывшую любовницу.
Она одарила его легкой улыбкой.
– Могу сказать то же самое и о тебе, Грант. Как с тобой обходится жизнь?
– Лучше, чем ты, – пробормотал я в свой виски, опустошив его одним глотком. Лайла взяла Козявку за руку и повела ее в комнату невесты (читай: детскую спальню Мэд). Грант и Джулиан проводили меня к алтарю на заднем дворе. Брат следовал сразу за мной, за ним шел мой лучший друг. А позади нас стояли все мужчины района, за которых Мэдисон фиктивно выходила замуж.
Лайла решила, что будет забавно пригласить их. Я же подумал, что у нее отстойное чувство юмора, но вел себя прилично, поскольку знал, что Мэд получит от этого удовольствие. За Грантом стояли Джейкоб Келли, Тейлор Киршнер, Майло Лопез, Астон Джудис, Джош Пейн и Луис Хью.
В отличие от Мэдисон, моей единственной бывшей, которая присутствовала на торжестве, была Эмбер. Сейчас она сидела на одном из складных белых стульев перед свадебной аркой в солнцезащитных очках, прихлебывая вино из своего бокала и жалуясь на отсутствие французского шампанского.
Мэд решила устроить очень скромное мероприятие. Моя невеста-мученица пожертвовала бо́льшую часть свадебного бюджета в благотворительный фонд по исследованию рака. Мама с Кэти сидели рядом с Эмбер, которая присутствовала на мероприятии только ради того, чтобы подыграть Блэкам. Казалось несправедливым, что Козявка должна страдать лишь потому, что между Эмбер и Джулианом что-то не заладилось.
Итан сжал руку Кэти и показал мне большой палец вверх. Я коротко кивнул ему. Я по-прежнему не одобрял трико и галстуки с Дашей-путешественницей, но его гардероб меня больше не волновал.
Кэти встречалась с Итаном уже четыре месяца. Спустя два месяца после смерти отца он официально пригласил ее на свидание. До этого момента Итан просто находился рядом с ней, поддерживая эмоционально, но я видел, что он смертельно боялся вновь оказаться просто другом. На самом деле, это я посоветовал ему действовать, пока Кэти не отказалась от него.
Теперь они готовились к своему первому совместному (полному, а не полу-) марафону.
У мамы тоже все хорошо, учитывая все обстоятельства. Помогало то, что Мэд и Клементина часто находились рядом и что Джулиан еще сильнее привязался к ней после развода, пытаясь найти свою опору в качестве отца после получения совместной опеки над Козявкой.
Эмбер постепенно вводила биологического отца Клементины в ее жизнь.
