Тогда почему я боюсь возвращаться в свою квартиру в его компании? Почему у меня такое чувство, словно я нахожусь в камере смертников?
Мы с Итаном направились к моему дому. Я подробно рассказала ему о своем проекте с платьем мечты.
– У него будет шлейф «часовня», и я подумываю о плиссированном лифе в форме сердца, напоминающем викторианский корсет. О, Итан, это будет так красиво… – восторгалась я, пока не заметила, как он напрягся рядом со мной. Я остановилась, обращая недоуменный взгляд на лестницу.
Не может быть.
Но именно так я и подумала в первый вечер, когда Чейз ждал меня на пороге моего дома, заманивая в свой план с фиктивной помолвкой.
– Я думал… – начал Итан.
Я яростно замотала головой. Будто внутри находилось что-то, от чего я хотела избавиться. Так и было.
– Ты правильно думал. Я сказала ему отступить. Позволь мне разобраться.
Я ринулась к своей двери, чувствуя, как обжигающий гнев скручивается в животе, расцветает, накапливается и поднимается к горлу.
Все мое тело гудело от ярости. Как он мог? Как посмел снова так со мной поступить? Разве я не ясно выразилась? Не хочу его видеть. Мне даже пришлось признаться в своих чувствах, только чтобы заставить его отступить. Разве есть что-то более унизительное, чем признание в безответных чувствах? Это лежит в основе всей поэзии, песен о любви и произведений искусства во вселенной.
Насколько же он эгоистичен?
– Что, черт возьми, ты здесь делаешь? – мой голос прозвучал звонко, танцуя на грани истерики.
Когда я нависла над ним, Чейз все еще сидел на лестнице. – Я сказала тебе отступить. Что с тобой не так? – я осознала, что оскалила зубы, когда Блэк поднял взгляд от своего телефона, пораженный моей словесной атакой. Я замерла.
Он выглядел иначе. Растрепанный, измученный и … сломленный.
И именно сломленная часть меня уничтожила. Мне хорошо знаком этот взгляд. Мой отец носил его весь год, пока умирала мама. Действительно умирала. Этот образ навсегда оставил отпечаток на моем сердце.
То был безнадежный взгляд человека, поставленного судьбой на колени.
Моя защита ослабла. Броня звякнула о тротуар возле моих ног.
– Что произошло? – я присела, дабы оказаться на одном уровне с Чейзом, и поставила локти ему на колени. Мои пальцы дрожали, сжав его челюсть и приподняв лицо. – Где он?
– В больнице.
– Чейз. – Казалось, я перестала дышать. – Почему ты не с ним?
Он покачал головой.
– Не знаю.
