– Прости, дорогая. – Вероника сжала мою руку. – Наверное, не стоило его покупать?
– Нет, я рада, что ты это сделала. Горячий как ад, правда?
– Даже спорить не буду. Я собираюсь разложить продукты. Буду рядом, если понадоблюсь.
Я рассеянно кивнула и снова уставилась на обложку. Миллер практически падал в толпу, и это отметили в заголовке. «На Краю: Головокружительный Взлет (И Падение?) Миллера Стрэттона, Нового Полубога Альт-Поп/Рока».
– Он падает? – пробормотала я.
Корреспондент следовал за Миллером на протяжении всего европейского этапа его мирового турне.
Первая часть статьи была прекрасна. В ней подробно описывалось, как Миллер, несмотря на очень плотный график, в каждом городе посещал приюты. Как раздавал сотни билетов на свои концерты обездоленным фанатам, жертвовал деньги на исследования диабета и как половину своих гастрольных доходов отдавал на благотворительность для бездомных детей.
Мои глаза наполнились слезами при виде фотографии Миллера, сидящего рядом с бездомным в Дублине, Ирландия.
Миллер вытянул длинные ноги, руки засунул в карманы куртки. У мужчины рядом была свалявшаяся борода и чумазое лицо. Они сидели у стены почти плечом к плечу, как два друга, ожидающие автобуса.
Как тогда мы с Миллером сидели у стены моего дома в ночь нашей первой встречи.
Я читала текст статьи, цепляясь за каждое слово и смакуя его, как умирающая от голода."
"«Они проговорили больше двадцати минут. Стрэттон дал ему немного денег из собственного кармана, а затем велел своей команде устроить его на ночлег, где есть горячая еда и душ.
Этот случай возвысил Стрэттона в глазах поклонников, особенно женского пола, и стал доказательством того, что он достоин того бешеного внимания, которое преследовало его по всему миру. Другие же сочли это рекламным трюком. На что Стрэттон закатил глаза.
– Так получилось. Только слежка прессы и сделала из простого события рекламный «трюк». А так это чушь собачья. Никто не планирует становиться бездомным. Никто не думает, что может оказаться на улице. Но я был на их месте, а потому, когда сидел с тем человеком, снова вспоминал, каково это.
Он помог мне гораздо больше, чем я ему.
Когда его спросили, каким образом, Стрэттон долго молчал.
– Я часто чувствую себя самозванцем, укравшим чужую жизнь. В прошлое вернуться нельзя, но его можно забыть. Этот человек на улице помог мне вспомнить, кто я».
Боже, как мне хотелось забраться в журнал и оказаться рядом с Миллером. Но он ехал дальше. Другой город. Очередной концерт.
