Девушка огляделась по сторонам, не веря тому, что только что было ей предложено. Неужели она и правда может тут остаться? Это было почти как ответ на ее молитвы. За исключением маленькой детали. Она уже давно никого ни о чем не молила. Не верила больше в то, что кто-то там, наверху, сможет помочь ей с ее проблемами. Если бы ОН желал ей добра, этого кошмара просто не случилось бы. Все оставалось бы так же, как было год назад. И она бы все еще была счастлива.
Глава 6
Солнце перепрыгнуло через дом на Хитровке и заглянуло в кухонные окна, согревая тонкую ткань занавесок лавандового цвета.
Ирина огляделась вокруг и развела от беспомощности руками. Что она делает здесь? Огромный круглый стол завален эскизами, пустыми листами, карандашами и ручками, чашками и стаканами – все это богатство осталось от разошедшихся по домам студентов. Интересно, если Чемезов не умеет пользоваться посудомойкой, как он до сих пор не утонул в горах посуды?"
"Кухню, наверное, не убирали нормально лет сто. Как минимум, несколько недель.
Наверное, раньше этим занималась бывшая жена, что наводило на неизбежную мысль, что они развелись с художником не так уж и давно. Или, может, вообще не развелись? Так, разошлись, как это модно в кругах творческой интеллигенции. Вчера разошлись, сегодня могут сойтись снова. Завтра снова – как в море корабли. Впрочем, Иван Чемезов не был похож на такого художника.
Ирина одернула себя. Не похож? Да что она о нем знает? Что он не приставал к ней в первый же вечер знакомства? Что накормил яичницей? Что у него есть ученики?
Все это совсем не говорит о том, хороший он человек или плохой.
Порой и пяти лет недостаточно, чтобы узнать человека. И за то, чтобы понять до конца эту горькую истину, Ирина заплатила высокую цену.
В кухонных шкафчиках также царил беспорядок. Тарелки разных размеров и глубины были свалены друг на друга без разбора и уважения к чинам и медалям. Упаковки с крупами по большей части были давно просрочены, кастрюли – хорошие, дорогие – покрылись слоями пыли.
Мышь бы завелась – и то вряд ли Чемезов вообще заметил бы ее. Ира покачала головой, огляделась и заметила на стенке около плиты несколько художественных фартуков. Толстые, льняные, в пятнах от краски, они не совсем подходили для уборки и готовки, но лучше-то все равно ничего не было.
Не убирать же кухню в терракотовом платье и туфлях на шпильках.
Дернул же черт одеться именно так, да еще и потерять сумочку и все вещи, все деньги и документы.
