На моей кухне реально готовит парень? Такое вообще возможно? Парни не из телека умеют готовить?
— Нет, — пожимает он плечами, двигая сковородку, да так, что там овощи сами переворачиваются в воздухе.
— Тогда что это?
— Соблазняю тебя, как такой вариант? — объявляет Кирилл мужественным тоном, будто передо мной не обычный парень, а самый настоящий Король или Рыцарь, я пока не определилась со званием. Потом, правда, он начинает смеяться, и его игривость ненароком передается мне.
— Ну… на троечку, — я и сама толком не понимаю, почему решаю подыграть.
Читая романы о любви, мне много раз хотелось оказаться на месте главных героинь: побыть весёлой, сексуально-роковой красоткой, которая знает себе цену. Но рядом с Денисом я не могу ни шутить, ни тем более кидать такого рода намёки. У нас все по-другому.
— Может, мне надо было снять майку? — Кирилл поворачивается и играет бровями.
— Оставь этот прием для своих подружек."
"— А какой прием нравится тебе? Постой, только не быстро, я должен записать, — он берет телефон, открывает там заметки и показывает мне экран.
С моих губ срывается смешок, Кирилл тоже улыбается. И я опять невольно заостряю внимание на его улыбке, такой открытой и дружелюбной…
Прекрати, Диана. Не сохраняй этот кадр в своей памяти.
— Не знаю.
— Совсем не знаешь? — он наклоняет голову на бок.
— Совсем, — признаюсь я. — А ты?
— А что я? — Кирилл возвращается к готовке, он солит, перчит, затем мешает. Мне нравится наблюдать за тем, как Беркутов готовит. Но ещё больше нравится осознавать, что он готовит для нас двоих.
Для меня никто кроме поваров не готовил, даже мать.
— Что должна сделать девушка, чтобы ты влюбился в нее? — рискую задать вопрос.
— Ничего, — сходу выдает Кир.
— Совсем? Почему?
— Потому что я не планирую влюбляться. Зачем такие сложности?
— Значит, — делаю вдох, мне почему-то хотелось услышать другое. — Ты вроде волка-одиночки?
— Я вроде льва, у которого бесчисленное количество львиц, — самоуверенно заявляет этот умник.
Он берет тарелки и раскладывает рагу, крутит их, рассматривает, потом салфеткой убирает всякие крапинки.
— Прошу, угощайся, принцесса.
Я беру вилку, но уже по запаху понимаю, будет вкусно. И хотя до этого у меня не было аппетита, сейчас желудок издает обратные звуки. Да и блюдо выглядит привлекательно: все ломтики аккуратно нарезаны, ничего не разваливается, и не пригорело. Едва сдерживаюсь, чтобы не сказать “вау”.
Кирилл садиться напротив, но не притрагивается к еде, только склоняется над тарелкой.
