Соски напряжены, отвердели. Колени подгибаются. Мое требует, жаждет мужских прикосновений.
Кажется, даже дышать перестаю, когда Руслан подается ко мне. Шеи касается его горячее дыхание. Прижимается губами к шее за ухом. Так приятно, поневоле отдаюсь ощущениям. Закрываю глаза, позволяя себе поддаться чувствам, которые вызывают мужские ладони.
Нежно гладит мои плечи, проходится ниже, по ребрам, затем, едва касаясь, гладит груди, которые пару минут назад жестоко сжимал, причиняя боль. Дышит неровно, часто. Сильные пальцы находят соски и начинают играть с ними, потягивать…
Не могу ни о чем думать, близость раскаленного как печка мужского тела дурманит, мои ноги становятся ватными.
Не протестую, но меня охватывает сильнейшая паника, когда неожиданно Валиев подхватывает меня под ягодицы и усаживает на раковину, довольно большую, широкую.
Что-то падает с грохотом, шампуни и прочие косметические средства разлетаются по полу, но нам обоим все равно на этот хаос. Руслан вжимается в мою промежность окаменевшим членом.
Все мое существо концентрируется сейчас на близости мужчины. Он горячий как печка, наклоняется ко мне, захватывает в плен губы, требовательно и жестко целует, показывая, что отступать уже поздно. Отвечаю, дрожа от его напора, от эмоций, в которых тону. Груди налились, соски болезненные, умоляют о новых ласках. Внизу живота тянет.
Я хочу его. По-настоящему. Плевать, что страшно. Я хочу отдаться этому безумию!
Еще один поцелуй, одновременно Руслан гладит мою шею, слегка сжимает.
И я подаюсь к нему, выгибаюсь, потому что мне необходимо коснуться его промежностью, это неодолимая потребность. Меня ломает от желания получить необходимое. Даже стыда нет, плевать что трусики намокли от влаги. Сейчас я хочу быть такой. Отвязной, смелой, порочной.
Он подается вперед, толкаясь в меня через белье, перед глазами взрывается фейерверк. Издаю стон, Руслан прикусывает мою нижнюю губу, затем нежно зализывает ранку.
— Пиздец ты горячая, Мира. Не ожидал, — тихий короткий смешок касается моих волос.
— Не нравится? — бросаю вызов.
— Что ты. Я в восторге. Не сдерживай себя.
Его голос глухой, низкий. Гладит меня по волосам, пропускает пряди между пальцами.
Снова подаюсь к нему, он вжимается в меня, неумолимо, жестко.
Замираю. Чертовы воспоминания, пожалуйста, не сейчас.
Дело даже не в том, что сделал Таир. Это не было ужасно, или жестоко. Не было сильной травмы. Просто что-то сломалось внутри.
Сейчас я не чувствую себя сломанной.
