— Ты такая напряженная, словно это происходит на самом деле, а между тем, это просто твой сон. Хотя бы во сне ты можешь позволить себе расслабиться и ни о чем не думать?
— Размечтался.
— А если подумать еще раз?
Его пальцы сжимают мою грудь, а потом начинают аккуратно поглаживать мгновенно затвердевшие под его касаниями соски.
Пожалуй, что могу, это ведь просто сон.
— Прекрати, — произношу я уже не так твердо.
— Тебе приятно, так зачем это прекращать?
— Потому что так нужно.
Он прижимается ко мне еще теснее.
Я так хорошо чувствую это, хотя на самом деле никого рядом со мной нет. Но стоит закрыть глаза…
И мне начинает так хотеться… я не знаю, чего именно. Я не могу сформулировать это четко, разве где-то на отголосках сознания…
— Это сон, Ульяна, — шепчет Демид.
Это сон, просто сон, повторяю я про себя.
Я перестаю вырываться и тут же проваливаюсь в необыкновенное чувственное удовольствие.
Мое тело перестает принадлежать мне и начинает жить своей собственной жизнью.
Руки Демида медленно и чувственно скользят по моей коже, пробираясь через майку и шорты, его поцелуи обжигают.
"
"Я выгибаюсь под его невидимыми касаниями и стону. Со стороны это, должно быть, выглядит крайне странно.
Но я не могу не делать этого.
Меня выворачивает от нереального удовольствия, вызванного прикосновениями его рук к самым чувствительным местам. Шея, грудь, живот.
— Девочка моя, как сильно тебя хочу.
— Умираю без тебя.
— Так плохо, когда тебя нет рядом…
Боже, он не может прекратить говорить мне все это? От таких слов, сказанным отрывистым хриплым шепотом, я делаюсь влажная и мокрая между ног.
Я становлюсь пустой изнутри. И я отчаянно хочу заполнить эту пустоту. Хочу…
Я перекатываюсь на спину и мои ноги сами собой разъезжаются по шелку простыней в стороны. А уже в следующий момент я чувствую на себе приятную тяжесть. Сначала на себе, но мне этого мало и мои бедра подаются вперед.
Но ничего не происходит.
Между ног уже все горит и пульсирует от напряжения.
— Попроси меня, Ульяна.
— Да пошел ты.
— Мне воспринять это как ""да""?
— Демид, пожалуйста, — шепчу я сквозь стоны.
— Хочу услышать от тебя что-то более внятное.
— Блин, я убью тебя снова.
— Скажи, что хочешь, чтобы я в тебя вошел.
— Ты придурок. Но я хочу. Хочу… войди в меня, я хочу…
Он входит в меня, наконец, заполняя собой. И я готова кричать от наслаждения.
Да, да, это то, чего я так отчаянно желала в этом своем дурацком сне.
Чтобы он оказался во мне.
