Правда, объяснять ничего не пришлось — Кэтрин и Молли понимающе кивнули, и я облегченно вздохнула, увидев, что они мне поверили.
— Мой водитель отвезет тебя домой, — тоном, не терпящим возражений, произнесла Кэтрин и добавила: — На субботу и воскресенье я даю тебе больничный.
— Не надо, я в состоянии продолжить. Честно…
Но Кэтрин недовольно посмотрела на меня и вызвала водителя.
Я ехала в машине, и ругала себя, ругала свой организм, что он дал слабину, ругала свое сознание, которое ловко мной манипулировало, и ругала Кэтрин, которая дала больничный — мне совсем не нужны были эти чертовы выходные, работа помогала мне отвлечься, не думать о фото Марты с Барреттом и загружать мозги полезным фоном.
"
"— Ты сегодня рано, — удивилась Джулия, увидев меня на пороге квартиры.
— Да, рано, — кивнула я и, устало сбросив сапоги на каблуках, пошла переодеваться в удобную одежду после узкой юбки и стягивающей талию, словно тиски корсета, строгий пиджак.
— Кофе будешь?
— Да, — тихо ответила я, а подруга изучающе посмотрела на меня.
— Колись. Что случилось? Ты раньше девяти со своей галереи не приезжаешь. А тут и семи еще нету. Понимаю, я на дом работу взяла. А у тебя что?
— Ничего… — я хотела добавить ""хорошего"", но не хотелось загружать подругу своими проблемами.
— Все таки ты поругалась с Кэтрин и уволилась с работы?
Я вздохнула — да, Кэтрин тоже стала проблемой после летней выставки. Она меня все больше и больше душила контролем, брала на утомительные бомондовские вечеринки, и иногда я откровенно не понимала, что она от меня хочет.
Как в тот раз, когда прислала за мной водителя в десять вечера, и мы с ней до часу ночи перебирали архивные каталоги, в которых она пыталась найти старую работу какого-то не очень известного художника.
— Нет, Джули. С работы я не уволилась.
— Я же вижу, на тебе лица нет, — не отступала она.
Я вздохнула и посмотрела на подругу, принимая решение. В детстве, когда не стало мамы, у меня получалось блокировать боль, ради отца, ради его спокойствия — он был, как остов, который держал меня в рамках.
Но сейчас я понимала — мне нужно было хоть с кем-то поговорить, иначе это грозило вылиться в истерику или очередной обморок.
— Когда я отдыхала в Азии… — начала я, — я познакомилась с бывшей любовницей Барретта Мартой Сенг. У них с Ричардом было какое-то общее прошлое еще в молодости, когда он жил в Бангкоке.
— Она азиатка?
— Нет. Немка, просто замуж вышла за очень богатого тайца. Владельца ювелирной фабрики.
