— Кажется, мы по-разному понимаем значение этого выражения, — и в ее голосе прорезалась ирония.
— Я забочусь о тебе, я тебе верен. Да, я твой мужчина.
— Но тебя нет никогда рядом, — устала произнесла она.
— Мне пора. Я вернусь из командировки, и мы поговорим.
В комнате повисла тишина, которая означала, что на том конце провода положили трубку, а Джули нахмурила лоб и закрыла лицо руками.
Нет, она не плакала, но я понимала, что ей было больно. Ничего не говоря, я подошла к подруге и, сев рядом, обняла ее за плечи.
— Куда на этот раз? — тихо начала я, понимая, что подруге в этой ситуации нужно выговориться, а не замыкаться в себе.
— Не знаю. Я не спросила. Да и неважно это, — зло бросила она.
— Джули, ну это нормально, бывает, — попыталась я успокоить подругу, зная, что такое жесткий график Барретта.
— Нет, это все неправильно. Я на такое не подписывалась. Мне нужны нормальные отношения, а не гомеопатические дозы по предписанию, когда Дуглас будет свободен.
— У него ненормированный график, — защитила я Дугласа, пытаясь уберечь ее зыбкое счастье, и добавила: — Все образуется.
— Нет, — и Джули посмотрела на меня. — Он не понимает. Его нет рядом. Никогда. Да, сейчас я обижаюсь, что мне даже не с кем сходить в кино или потусоваться, но если вдруг со мной что-то случится, и мне реально понадобится его поддержка… — и Джули вновь замолчала.
Вспомнив, как Барретт примчался, когда у меня открылось кровотечение, я уверенно сказала:
— Если с тобой что-то и правда случится, если и правда тебе будет нужна его помощь, он будет рядом.
Поверь мне.
— Не знаю, — недоверчиво нахмурилась Джулия. — ты бы ждала своего Барретта, который постоянно где-то в разъездах?
— Конечно, ждала бы, — вздохнула я, и сердце кольнуло острой иглой. — Я бы никогда не встала между мужчиной и его Делом.
— Ну тебя устраивает всё, лишь бы Барретт был доволен, — махнула рукой подруга, но я на нее не обижалась, понимая, что ей было больно.
— Джули, Дуглас не среднестатистический парень из университета, или офисный клерк с графиком работы с 9.
00 до 18.00. Он прошел войну. Он сформировал свой мир со своими ценностями. И много работает.
— Пусть бросает такую работу. Всех денег не заработаешь."
"— Дело ведь не в деньгах, и ты это понимаешь. Его работа — эта его жизнь. Без нее Дуглас никто. Да. Сегодня он бросит работу, на который он чувствует себя на своем месте, он найдет другую, выгодную для тебя, но я знаю, что он останется без главного. Без самореализации. Это его сломает.
