Одна их «наших» Увидев меня, она замерла на мгновенье и запоздало спрятала сигарету за спину. Но тут же расслабленно выругалась.
— Ладно, чего теперь. Просто не сдавай меня, окей? За это выгоняют.
— Даже если бы ты тут кололась — мне без разницы, — буркнула я, закрываясь в кабинке.
Но не успела даже толком спустить за собой воду, как девчонка бесцеремонно постучалась ко мне:
— Слушай, а ты ведь новенькая, да?
Я вышла и молча вернулась к зеркалам.
— Точно новенькая, — глядя на мою хмурую физиономию, подтвердила девчонка сама себе.
— Тогда на. Тебе надо, вижу.
Я глянула на протянутую сигарету.
— Что это?
— Да так, баловство. Чисто для настроения, ну и чтобы не сдохнуть от стресса. Пара затяжек, и слон превращается в муху. Красота! При нашей профессии иногда прям необходимо, скоро сама поймёшь.
Я закрыла воду, стряхнула руки. «Слон превращается в муху» — звучало заманчиво.
— А давай!
Дым сначала остро загорчил, но в следующий миг словно обволок язык маслянистой, приторной плёнкой. Я закашлялась, тут же закружилась голова.
— Так ты вообще не куришь что ли? — сразу просекла девчонка. — Ну даёшь, подснежник, блин! Надо взатяг, а ты так, только зря травку переводишь.
Я попробовала снова, по правилам, но только вызвала новый приступ кашля и потоки слёз. Девчонка благодушно рассмеялась:
— Хватит на первый раз!
Забрала у меня окурок и, зажав его в красиво подкачанных гиалуроночкой губах, зарылась в свою серебристую, на длинной цепочке сумочку.
— На вот, — протянула мне нераскуренную самокрутку.
— На досуге потренируешься. Бери, бери! Почти все наши через это проходят.
Маслянистая сладость переползала в гортань, висела приторной дымовой завесой в носу. Непривычное, забавное ощущение. А когда я увидела Гордеева, с умным видом протаптывающего дорожку возле женского туалета — меня вообще пробрало на ха-ха. Я хрюкнула, проглатывая смешок, и тут же, скорчив серьёзную мину, проплыла мимо него в сторону нашего зала. Но через пару десятков шагов обернулась — жутко захотелось вдруг убедиться, что он идёт следом — и наткнулась на его пристальный взгляд.
Снова хрюкнула, сдерживая смешок… И оказалась вдруг грубо припечатанной к стене. Гордеев медленно повёл носом по моим губам.
— Во-о-оу, — покрываясь стадом обезумевших мурашек, выдохнула я. — Нарушаете трудовое соглашение, товарищ начальник?
— Ты охренела? — больно стиснув пальцами мою челюсть, прорычал он. — Ты, блядь, совсем охренела?!
Пауза. Близкий взгляд глаза в глаза, одно на двоих дыхание.
