Впрочем, такому положению вещей я была только рада. Общаться с ней совсем не хотелось. Даже исключительно по рабочим вопросам.
Я заметила, что охранники меня сторонятся. Как будто стараются держаться на расстоянии.
А ещё даже мой пациент стал вести себя иначе. Молчал, только на мои вопросы отвечал и благодарил. Наша первая встреча сильно отличалась от того, что последовало дальше. Но дикий напор Черного перекрывал все остальное.
Я не могла расслабиться. Вообще. Умом понимала, пока этот уголовник в “одиночке” можно выдохнуть.
Хотя бы попытаться. Нельзя же все время быть в напряжении.
От Резника я угрозы не чувствовала. Наоборот. Прозвучит безумно, но я сейчас только ему здесь и доверяла. Тоже бандит, преступник, на котором пробу негде ставить, и все же в его холодных глазах не было и тени той жгучей похоти, что читалась во взгляде Черного. Он относился ко мне ровно, хотя это еще ничего не значит.
Тут такое темное место, что опасность может везде ждать.
Я смотрю на календарь, и под ребрами неприятно царапает.
Шесть дней в тюрьме прошло, а ощущение такое, точно шесть недель, а то и месяцев.
Когда я впервые услышала насчет практики, думала, что на выходные смогу выезжать обратно или хотя бы ночевать в ближайшей деревне. Но куратор объяснил мне, что так не получится. Нужно пробыть на территории все четырнадцать дней, именно на этот срок выписали пропуск. Да и поблизости остановиться негде, только частные дома, причем на значительном расстоянии от тюрьмы. Но это и понятно — закрытая территория, режимный объект.
Связь на моем мобильном телефоне так и не появилась. Я понимала, что просить кого-то насчёт звонка бесполезно. Из этой ловушки так просто не выбраться, никто не станет мне помогать.
Шестой день практики подходит к концу, и я возвращаюсь в свою комнату. Закрываюсь на замок, иду в душ. Стараюсь сделать все быстро. Нервы совсем сдают. Постоянно чувствую страх того, что Чёрный сюда вломится, сделает что-нибудь.
Вытираюсь насухо, складываю полотенце и тянусь за халатом, но наталкиваюсь на кафель.
Чуть отдергиваю шторку, смотрю на пол. Вдруг халат просто упал?
Ничего нет. Странно.
Я же точно помню, как повесила халат на вот этот самый крючок. Всегда так делаю. Или закрутилась и забыла?
Хмурюсь и оборачиваюсь полотенцем. Выхожу из душевой кабины. Задергиваю штору, смотрю по сторонам в поисках халата и… застываю.
— Это потеряла? — спрашивает Черный.
И перебрасывает мой халат из одной руки в другую. Криво ухмыляется.
