– Сфоткал – и убежал. Я за ним – он деру. На ходу крикнул: «Это для «Вечерней Москвы»!» Но они ведь не могут просто так, без разрешения, снимать и потом в газете печатать?
– Красивых девушек – могут, – убежденно сказал Полуянов.
– Слушай, хватит издеваться!
– Тогда давай свою версию.
– Не знаю… – Надя взглянула на него неуверенно. – Может, потому, что у меня Библия?
– А не проще было сумку у тебя вырвать?
– Ну, тогда… Эта дура-соседка говорила, у нее муж – генерал ФСБ. Вдруг он соглядатая прислал?
– Надюшка, милая ты моя, сладкая, вкусненькая! – он стиснул ее в объятиях.
– Да какие соглядатаи? Просто понравилась ты мальчику! А сотрудники ФСБ – уверяю тебя! – работают совсем по-другому.
* * *Ольга Черемисова подошла к соседскому забору. Приложила к жесткой рабице ухо. Прислушалась к вибрациям. Поняла: вновь прибывшей дома нет.
И яркое чувство опасности, что терзало ее все выходные и половину понедельника, немедленно отступило.
Она сразу, едва перед воротами затормозила машина, поняла: новая хозяйка принесет большую беду.
Ощущение страшного исходило от девушки настолько ярко, что надеяться на благоприятный исход не приходилось. Что-то совсем скоро случится. С ними со всеми. Здесь, в Васильково.
Ольга застонала.
Ну, почему, почему она всегда что-то слышит, но понять, истолковать до конца не может?
И за что ей этот дар, этот рок, эта напасть?!
Она отошла от чужого забора. Уловила кожей яркие солнечные лучи. Встала прямо под их поток.
Вытянула вверх руки. Светило, вразуми! Дай мне знак!
Но в голове крутился хаос самых обычных мыслей. Наплывали обрывки воспоминаний.
Ольга со вздохом опустила руки. Села в шезлонг. Вдруг снова ощутила себя школьницей. Неловкой. Нелюбимой. Странной.
Она и дома, и в школе была особняком. Уроки не учила принципиально. (Трояк и без подготовки поставят.) Зато над тем, что интересно, сидела сутками. Районную библиотеку быстро переросла. Ездила в центр, во взрослую Ленинку.
Записалась туда по паспорту сестры. Выискивала в грудах литературы партийно-советской направленности крупицы эзотерики, магии, медитации, йоги, психоанализа – все вперемешку.
В институт поступать не стала – зачем? Чтоб не тратить силы на бессмысленную гонку за хлебом насущным, быстренько выскочила замуж. За похожего на нее книжного червячка. Впалогрудого, вялого, с вечно потными ладошками. Зато из очень, очень хорошей семьи.
