Оно и понятно: коли руки из жо… – поймав мой взгляд, девушка осеклась, – из одного места, короче, растут, так и браться не надо. А вы где стриглись? – Слова сыпались из девицы, словно горох из порванного мешка. – Хотя чего я спрашиваю, понятно же, что в модном московском салоне. – Последняя фраза сопровождалась завистливым вздохом. – Дорого, наверное, да? Сколько стоит?
Подумав немного, я озвучила барышне сумму, втрое превышающую реальную, – по моим представлениям, столько и платят звезды отечественного кино своим мастерам.
А может, и больше.
– Эх, – в глазах девицы заплясали завистливые чертики, – живут же люди! Я столько и в месяц не получаю. А тут… Да уж…
– А что так? – ухватилась я за возможность выяснить больше о торговой организации, владельцем которой является брат бабы Глаши. – Хозяин жадный или дела идут не очень?
– Да как вам сказать, – замялась девица, а затем, не говоря ни слова, отчего-то развернулась и пошла куда-то в глубь помещения – туда, где, как я подозревала, располагалась хозяйственная часть магазина.
Вернулась она оттуда со здоровенной бутылью мутноватой жидкости.
– Что это? – осторожно попятившись, заикаясь, пробормотала я.
– Солярка, – удивленно пожала плечами работник торговли.
– И зачем она вам? – поинтересовалась я, примерно догадываясь, каким будет ответ.
– Не мне, а вам, – торжествующе провозгласила продавец. – Будем ленту с волос убирать.
– Ой, а может, не надо? – испугалась я. – В конце концов, я даже уже привыкла к этому бумажному аксессуару, хорошо еще, что мух на нем нет.
Хотя… тоже украшение. В общем, я как-нибудь.
– А ну стоять! – неожиданно рявкнула девица, взглядом превратив меня в соляной столб. – Хватит сопли жевать, – насупив брови, гаркнула она и, намочив жидкостью из бутылки все ту же грязную тряпку, которой только что вытирала прилавок, принялась «колдовать» с моими волосами.
Конечно, я вполне могла сбежать – моя «спасительница», обладая пышными формами, наверняка особой резвостью и поворотливостью не отличалась, но я почему-то не двигалась, позволяя незнакомой девице копаться у меня в голове.
Хорошо еще, что все не напрасно: бумагу с волос мне убрали и даже от остатков клея избавили. Правда, теперь от меня пахло, примерно как от дальнобойщика или автомеханика.
– Не беда, – беспечно махнула рукой продавщица, – помоете волосы шампунем, и все пройдет. У вас, поди, и средства для волос такие все эдакие.
