Зачем? Почему? Это неведомо.
Войдя в помещение, я застыла на пороге, ожидая указаний. Вместо этого Серпал предложил мне присесть. Так как содержание их разговора с начальником СБ мне было хорошо известно, о чем пойдет речь, я конечно же знала. Но присутствующие-то о моей осведомленности не догадывались, так что пришлось изображать недоумение.
Петров молчал, внимательно меня разглядывая. Мой новый образ он лицезрел еще утром, но ни словом не обмолвился о том, что заметил перемены.
Хотя, может, и не заметил? Оттого теперь так пристально и смотрит: понимает, что что-то не так, но не осознает, что именно?
– Вы подстриглись? – Молчание нарушил Стершин.
Надо же! Просто чудеса наблюдательности для начальника службы безопасности!
В ответ я только кивнула.
– Вам идет, – проговорил мужчина вежливо.
И снова кивок. Петров никак не прокомментировал нашу беседу, предпочтя сразу взять быка за рога.
– Валерия Михайловна, – проговорил он, – мы тут с Михаилом Леонидовичем посовещались и решили, что вам нужно на время уехать.
– Почему? – Мне удалось довольно натурально изобразить удивление.
– Потому что «шутка» в бане совсем не похожа на шутку. Поначалу мы неосмотрительно списали все на случайность – чего не бывает на подобных выездах. Но сегодняшнее происшествие заставило нас иначе взглянуть на ситуацию.
Угу! Тоже мне Пинкертоны.
– Но… – шеф замялся, – Валерия, мы ведь так и не выяснили, что случилось на турбазе.
Камер там нет, так что закрыть вас в парилке, по идее, мог любой из сотрудников, как нашей компании, так и принимающей. Хотя последнее маловероятно, конечно. Мы все же думаем, что это кто-то из своих. Но подозреваемых слишком много, а поводов вредить вам мы не нашли, если, конечно, вы только что-то от нас не скрываете. – Петров подарил мне долгий пронзительный взгляд, от которого мне стало очень неуютно.
– Да уж, – криво усмехнувшись, парировала я, – подозреваемых и впрямь немало, а если добавить к ним всех жителей города, страны и мира, то станет еще больше.
Охрана на турбазе так себе, проникнуть туда мог кто угодно.
Петров с сомнением покачал головой и слово в слово передал мне соображения Стершина, сказанные тем совсем недавно:
– Конечно, теоретически преступником и впрямь может оказаться человек со стороны. Но на входе камеры как раз имеются.
