– Вот это да! Ты, вообще-то, в курсе, что первая из сотрудников компании, кто удостоился такой чести? За все время службы – а я на фирме двадцать лет как – такого в жизни не было, чтобы шеф кого-то из работников подвозил.
Я неопределенно пожала плечами. Дескать, эка невидаль.
– Ты так восхищаешься, будто поздравляешь меня с получением высокой правительственной награды.
– Бери выше! – произнес Олег, не скрывая насмешки. – Вот интересно только, что же такое нужно сделать, чтобы шеф так расщедрился? Если не секрет, конечно.
– Невинный тон Хоруженко не обманул бы даже ребенка.
Мне не понравилось, куда он клонит, и я не стала скрывать свое недовольство, продемонстрировав его сведенными на переносице бровями.
– Ладно, ладно, – рассмеялся парень, поднимая руки в примирительном жесте. – Не хочешь, не говори. В конце концов, не мое это дело. Просто… – Он замялся. Посмотрев по сторонам и убедившись, что его никто не слышит, произнес: – Ты бы не очень обольщалась на петровский счет.
Конечно, ты первая в компании, кто удостоился внимания шефа, – обычно он в этих вопросах крайне щепетилен. Но… Ты же, надеюсь, отдаешь себе отчет в том, что ты далеко не первая в списке его побед?
И, уверяю тебя, ваша с ним история отнюдь не уникальна. Более того – типична. За исключением, повторюсь, того, что вы коллеги. А так… Начинается все одинаково, уж я-то знаю – не раз наблюдал. Красивые ухаживания, обожание во взгляде, восхищение. Но стоит ему добиться своего, как все тут же меняется: он быстро утрачивает интерес к своим пассиям, утомляясь их присутствием.
Пережевывает дурех и выплевывает.
Он же самец-охотник. Его больше интересует процесс, чем результат. Причем чем дольше жертва сопротивляется, тем азартнее борьба. Но исход сражения всегда предрешен. Еще не нашлось ни одной женщины, которая бы перед ним устояла, и не было ни одной, которая бы смогла удержать его внимание долго."
"– Значит, я буду первой, – усмехнулась я. И пояснила: – Не в смысле, что завоюю Петрова надолго, а в смысле, что сумею устоять перед его чарами.
– Ну-ну, – с сомнением покачал головой Олег и, заметив приближающегося Серпала, быстро ретировался, бросив на прощание взгляд, в котором одновременно читались обида, зависть и презрение.
– Ну что, Валерия, готовы к труду и обороне? – весело поинтересовался подошедший начальник, протягивая мне объемный пакет.
– Что это? – удивленно поинтересовалась я.
