Может быть, потом я объясню тебе, чего я боюсь…
— Ты вспомнил, кто тебя держит на мушке? Ты вспомнил Даррину?
Валерий горько покачал головой.
— Ничего я не вспомнил. Но пришел к выводу, которого и буду придерживаться дальше: если они от меня хотят того, чем я занимался раньше, сами оставаясь в тени, я прекращаю делать то, что делал до этого. Поэтому я очистил Рай от пришлых людей, разогнав их всех по своим реальностям. Я убрал из Сылве всех зомби, отправив их души туда, куда им заблагорассудилось отправиться после смерти.
Я оставил пустой Рай. И пусть его штурмуют силы безопасности. Пусть не оставят от него камня на камне. Все двери закрыты, а новых я не открыл ни одной. Только кое-что из старого осталось для личных надобностей… — голос Валерия сорвался.
— Чтобы уйти в каменный мешок? — уточнила я.
Валерий молча кивнул. Я видела, как он кусает губы, силясь успокоиться. Да, то, что он решил сделать, можно считать поступком. А если учесть, что он бросил на растерзание свое любимое детище, повинуясь не фактам, а одной лишь своей интуиции, основанной на предположениях, это был поступок вдвойне.
— Пойдем в дом, Валера, я угощу тебя кофе.
Он покорно пошел за мной. Он был явно рад тому, что мы встретились, и даже тому, что высказался. И у меня почему-то появилось чувство жалости к нему. Да, он был и остался человеком, причинившим страдания мне и моим друзьям. Но я стала сомневаться, что Валерий Извеков остался мне врагом."
"Мы вошли в дом, я провела Валерия в гостиную и пригласила сесть.
Через пару минут был готов кофе. Валерий с благодарностью принял чашку и молчал до тех пор, пока не опустошил ее до конца.
— Я очень рада, что вижу тебя, — призналась я.
Валерий едва не поперхнулся последним глотком кофе и поспешно отставил чашку.
— Вот это новость так новость! — удивился он. — С чего бы это?
— Теперь я, наконец, привела в порядок свои мысли. Теперь я знаю, чего я на самом деле хочу. И это потому, что ты пришел ко мне.
Валерий пожал плечами и оглядел интерьер гостиной.
— Валера, ты их видел?
— Кого? — беззаботно отозвался Валерий, рассматривая картины на стенах.
— Не прикидывайся.
— Да видел, видел… — он мельком взглянул на меня и снова принялся за картины. — Ты же знаешь, что с ними все в порядке. Разве ты сама не «подсматривала» за ними?
— Да, но это были лишь сны и обмороки, в которые я сама себя вгоняла, когда только еще вспоминала все.
— Тогда больше не делай этого. Быстрее забудешь.
