Зинченко, лицо которого выражало искреннее сочувствие, переводил взгляд с одного на другого, слушал и молчал, поняв, что друзьям сейчас легче разговаривать через посредника.
— Кровь напоследок уже не текла из ран, — выдохнул, наконец, Олег самое страшное и склонил голову.
— То есть ты хочешь сказать, что Катька умерла? — холодно отчеканил Юра.
— Не знаю! Не знаю!! — Олег отчаянно замотал головой и ударил кулаком дверь так, что чуть не сбил ее с петель. — Не знаю!!! Я!.. Ничего!!.. Не знаю!!!..
Его сумасшедшие крики оборвались внезапно, он метнулся обратно в холл и изо всех сил захлопнул за собой дверь.
Юрий закрыл лицо руками, постоял несколько секунд в наступившей тишине и, добравшись до столика, сел рядом с Зинченко.
— Мне не хотелось бы показаться жестоким, — начал Зинченко, — но впустую обнадеживать тебя было бы еще более жестоко…
Юра оглянулся на него:
— Ну?
— Судя по тому, сколько крови было на мостовой, когда я нашел Середу, тысяча против одного, что человек, потерявший эту кровь, умер.
— Может быть, эта кровь не только Катина…
Зинченко вздохнул и положил руку на плечо Юрия:
— Послушай меня… — снова мягко начал он.
— Конечно, я не могу ничего утверждать, тем более если учесть, что в этом месте невозможно провести элементарную судебно-медицинскую экспертизу… Если говорить о подробностях случившегося, то там не было второй жертвы… Я верю всему, что рассказал Олег. Конечно, его здорово потрепали, но поверь мне: с головой у него все в порядке.
— Да, я знаю, — процедил Юра и замолчал, задумавшись.
— Давай сделаем так, Орешин, — Зинченко поднялся на ноги и взял куртку с кресла. — Пока не стемнело, я доберусь до Кепы и попробую несколькими звонками расшевелить кое-кого… Если кому-то и выгодно похерить этот городок и оставить его в заложниках у маньяка, то я знаю нескольких парней наверху, которым не все равно.
— Если ты выйдешь не на тех, тебя сделают, — мрачно предупредил Юра. — По себе знаю, это место под особым покровительством.
— Руки у них коротки меня сделать.
Пусть я взял отпуск, я помню, кто я такой, и какие мне даны полномочия. И они это помнят. Не знаю, чем еще занимается окопавшийся здесь придурок, но это похлеще всего, что я видел до сих пор, — Зинченко раздраженно передернул плечами. — Взорвать бы эту махину к чертям! Вместе с ее содержимым… Значит, договорились?
— Твои штурмовики тут не помогут. Его не взять внутри Рая.
— Значит, возьмем его в аду, — отозвался Зинченко. — Выманить можно кого угодно и откуда угодно.
