Я не продала ни одной своей картины и, если бы не он, пухла б с голоду. Или горбатилась в какой-нибудь конторе за гроши. Он верит, что у меня есть талант, – усмехнулась она.
– Что ж в этом удивительного?
– Ничего. Просто у меня нет таланта. И никогда не было. Я заметила, как вы поморщились, глядя на мою картину. Не понравилось?
– Почему же?
– Врать-то зачем?
– По одной картине трудно судить, – дипломатично ответила я, пожав плечами.
– Они все никуда не годятся.
Девушка прошлась по студии, села на надувной матрас и закуталась в плед, зябко ежась, хотя в квартире было тепло, даже душно.
– Чего вы от меня хотите? – спросила она с вызовом.
– Расскажите о семье отчима.
– Хорошая семья, все любили друг друга и были счастливы. – Она сказала это без иронии.
– У вас не сложились отношения с Людмилой Матвеевной?
– С этой тупой коровой? – фыркнула она. – Да я ее знать не знаю.
– Что не мешает вам давать ей подобную характеристику, – заметила я.
– Она ей соответствует.
– Почему, можно спросить?
– Потому что ее интересовал только один человек на свете – она сама.
Все остальное значение не имело. Слушайте, зачем вы приехали?
– Я ведь уже ответила на ваш вопрос, разве нет?
– Наверное, я не слышала.
– Ваши родители, я имею в виду вашу мать и отчима, они ладили друг с другом?
– Не помню, чтобы они когда-нибудь ссорились. У нас вообще была образцовая семья.
– Вы с самого начала знали, что Владимир Сергеевич вам не родной отец?
– Конечно. Мать вышла за него замуж, когда мне исполнилось шесть лет, моему настоящему отцу не было до меня никакого дела.
Сомневаюсь, что он хоть раз вспомнил о моем существовании.
– Корзухин был хорошим отцом?
– Это что, имеет отношение к смерти его жены?
– В общем, нет. Если не хотите, не отвечайте.
– Если он до сих пор мне помогает, нетрудно догадаться.
– Он любил вас?
– Да. А я любила его. И сейчас люблю, – добавила она со вздохом. – Теперь я понимаю, как счастлива была…
– Он женился вторично, когда Вике было уже пять лет.
Это связано…
– Понятия не имею, с чем это связано. Я знать не знала, что у него кто-то есть. Сказала, что хочу учиться в этом городе, и удивилась, как легко он согласился. Оказывается, они уже обо всем договорились, и мой отъезд был как нельзя кстати.
– Вас это задело?
– Конечно нет. Он должен был устроить свою жизнь. Я стала взрослой. У него свой путь, у меня свой. Просто моя жизнь не задалась, и я выгляжу злобной сукой. Не обращайте внимания.
