– Ты вообще-то не стесняйся, если есть, что сказать, прямо так и начинай, не дожидаясь наводящих вопросов.
– Что ты собираешься делать?
– Друга выручать, естественно. Для начала выясню, что там и как.
– То есть вломишься на БТР и объяснишь недотепам, что друга твоего трогать не следует?
– Нет, что ты! Я интеллигентно. А вот если узнаю, что старый змей к этому руку приложил…
– Я ему не завидую.
– Правильно. Я тоже.
– Будет нужна помощь, только скажи. Все, что угодно. Вешняков мне всегда нравился.
– Он будет рад услышать это.
– Ты так шутишь?
– Вовсе нет. Он, знаешь ли, тебя очень уважает. Иногда мне сие непонятно, но в целом я догадываюсь о природе этой странной симпатии.
– Почему же странной? – пожал плечами Тимур. – Некоторые разногласия еще никому не мешали уважать друг друга.
Я схватила сумку, поцеловала его на прощание и направилась к двери.
Лялин ждал меня, прогуливаясь возле своей машины. По тому, как он то ускорял шаги, то вдруг замирал на месте, стало ясно: Олег погружен в глубокие размышления.
Эту его особенность я знала: мыслительный процесс сопровождался вот такими движениями, зато, придя к какому-то выводу, Лялин становился невозмутимо спокоен. Я вышла из машины и позвала:
– Олег.
– Привет, Детка. – Не считая Деда, только Лялин продолжал называть меня так, и только ему это сходило с рук.
– Как оно?
– Фигня, прорвемся. Артем сейчас дома, так что поехали к нему.
– Тимур считает, что Вешняков – только начало. И нам надо ждать продолжения.
– Я коротко изложила мысли Тагаева на сей счет, Лялин слушал внимательно, разглядывая свои ботинки.
– Правильно считает твой Тимур. Все те же игры, и даже игроки. Неугомонная публика. Поехали к Артему.
То, что Вешняков дома, меня заметно приободрило и вселило надежду, что не все так скверно. Я вернулась в свою машину, Лялин в свою, я подождала, когда он тронется с места, и пристроилась сзади.
Дверь нам открыла жена Вешнякова. Лицо заплаканное, но, увидев нас, глаза она быстро вытерла и улыбнулась.
Тут появился и сам хозяин. В спортивных штанах и майке, которая едва прикрывала выдающийся живот.
– О, «Скорая помощь» пожаловала, – засмеялся он, хоть и чувствовалось, что ему сейчас не до смеха.
– Ага, – кивнула я. – Русские своих не бросают.
– Да не кипятитесь вы, – махнул рукой Артем. – Разберутся.
– Вот прямо сейчас и начнем, – подал голос Лялин.
Вешняков повернулся к жене:
– Сооруди нам что-нибудь.
Мы прошли на кухню.
