Я встала и ушла. Вот и все. Отец позвонил мне в воскресение, я думала, что она ему все рассказала, но оказалось, Людмила утонула.
– Почему вы скрыли, что приезжали сюда?
– А как вы думаете? Приятно рассказывать о себе такое? А потом, это что, так важно, была я в доме или нет?
«В общем-то, неважно», – мне пришлось мысленно с ней согласиться. Когда Инна садилась в поезд, Людмила еще была жива. Так что у нее алиби. Черт, какое алиби, раз нет убийства? Женщины поссорились, но вряд ли рассказ падчерицы подтолкнул Людмилу к самоубийству.
Повод какой-то несерьезный: беременность падчерицы, взрослой девушки, которая, по большому счету, была ей совершенно чужой. Хотя, смотря от кого она забеременела… Так, я опять увлекаюсь своими фантазиями. Рассказ Инны звучит правдоподобно и вполне искренне. И в ее словах об отце на сей раз нет ничего настораживающего. Может, и в прошлый раз не было? Людмила позвонила мужу и сообщила о предстоящем пополнении в семействе, а он предложил ей прекратить истерику и дождаться его возвращения.
Все сходится, по крайней мере, у меня нет причин не верить девушке. Правда, есть одно «но»… И я задала вопрос:
– В тот вечер Людмила много выпила. Это для нее обычно? – На том конце провода молчали. – Вы меня слышите?
– Спрашивайте об этом у отца.
– Я спрашивала.
– И что он сказал?
– Мне бы хотелось услышать ваш ответ.
– Раз в полгода, иногда чаще, она уезжала на пару дней на дачу, чтоб ее никто не видел. Отец считал, что это все-таки лучше, чем… не говорите ему, ладно? Он не хотел, чтобы об этом знали.
Ее первый муж был запойный, и она… Меня просто бесила ее пуританская мораль, когда я знала, что она сама… Кто ей дал право осуждать моих друзей?"
"«Ну вот, – с печалью подумала я, вешая трубку. – Благородная мать семейства – тайная алкоголичка. Уезжает на дачу, чтоб выпить вволю, а в остальное время образец для подражания. Странно, что Заболоцких об этом не знал. Хотя почему странно, если Людмила проявляла осторожность. В субботу она изменила правилам, решив, что повод для этого есть: дочь кидается на нее с кулаками, а падчерица беременна, и все это с попустительства ее мужа.
По крайней мере, она наверняка так считала. Если окажется, что у Людмилы был любовник, картина нравов жителей домов за высокими заборами получится прямо-таки классической. Хотя и без любовника поведение Корзухина понятно: если жена периодически срывается в запой – это хороший повод запретить ей рожать второго ребенка.
