И что в этом такого?
– Вы виделись со своей мачехой? Опять спешу напомнить, приехали вы в дом отчима на такси, и водитель… – Блефовать было опасно, что, если такси она не пользовалась и Людмилу навещал еще кто-то, но я решила рискнуть и оказалась права.
– Да, виделась, – нервно ответила она. – Я разговаривала с ней десять минут, не больше. Мне надо было увидеться с отцом. А он уехал на рыбалку. Людмила хотела, чтобы я осталась ночевать, но у меня не было ни малейшего желания угробить на нее вечер. И я пошла на вокзал, купила билет и до самого отправления сидела в кафе.
Если вы такой великий сыщик, вам нетрудно будет в этом убедиться. Спросите официантку, она должна меня вспомнить. В поезде я ехала вместе с женщиной, она дизайнер, мы разговорились, ей нужен был художник, расписать стены в квартире. Мы обменялись телефонами. Ее вы тоже можете спросить, если хотите убедиться, что я действительно уехала в 23.40.
– Вы сказали, что вам надо было поговорить с отцом. Почему не сделать это по телефону?
– Мне нужны были деньги.
На аборт, если вам интересно. А еще… я не знала, что делать, как поступить. Мне надо было поговорить с отцом.
– Почему вы не предупредили его о своем приезде?
– Потому что не знала, что поеду к нему. Болталась по городу и вдруг очутилась на вокзале. Увидела маршрутку, села и поехала. Хотела позвонить по дороге, но потом решила: не буду. Он начнет расспрашивать, что и как, беспокоиться. Приеду и все ему сразу скажу. Зря не позвонила, он уехал после обеда. Было ужасно обидно.
– Людмиле о своей проблеме вы рассказали?
– Ей я ничего не собиралась рассказывать, моя жизнь ее не касается. Она начала бы болтать всякую чушь. Ненавижу эту ее манеру: «Инночка, богемный образ жизни не для такой девушки, как ты. Тебе надо найти хорошую работу, в твоем возрасте пора самой зарабатывать на жизнь». Жадная, тупая стерва. Отца вечно против меня настраивала. Злилась, что он мне помогает. Если бы я сдохла с голоду, она бы только порадовалась.
– Вы сказали: «не собиралась рассказывать».
Я правильно поняла, что…
– Она догадалась, – призналась Инна. – Как только увидела меня на пороге, сразу что-то заподозрила. А когда мы сели пить чай, я… мне стало плохо. Я вернулась из туалета, а она уставилась на меня и говорит: «Ты что, беременна?» Я сказала, что неважно себя чувствую, а она заорала: «Не ври мне!» и заныла: «Ты не имеешь права рожать ребенка без отца, ты не сможешь его воспитать, у тебя нет денег». Деньги, деньги, всегда только деньги.
