Президентом конгресса избрали Ефима Кипеля, в общей сложности двенадцать лет отбывшего в советских ссылках и лагерях.
— Мы собрались в чрезвычайно важный исторический момент, — заговорил он, взойдя на трибуну. — Во всем мире идет война, решается судьба народов на долгие годы. Беларусь теперь не может оставаться бездеятельной. Мы должны сами взяться за строительство своего будущего. От нашего имени позволяют себе говорить кремлевские заправилы, которые назначают опекунов, уже готовящих виселицы нашему народу.
На наши земли претендуют польские паны. И вот поэтому в этот момент мы должны сказать всему миру — кто мы и чего мы хотим…
За кулисами речь Кипеля слушали двое немецких офицеров. Один из них наклонился к другому и спросил на ухо:
— Какие польские паны претендуют на их земли? Что он несет? Поляки и пикнуть сейчас не смеют!
— Пусть болтает, — успокоительно кивнул другой. — Главное, чтобы не выступал против нас.
Но выступать против немцев ораторы явно не собирались.
Более того, вскоре была оглашена приветственная телеграмма конгрессу от Курта фон Готтберга. «Поздравляю 2-й Всебелорусский конгресс, — говорилось в ней, — и верю, что белорусский народ решительно, вместе с немецким народом, будет сражаться против большевистской опасности за освобождение Европы и что для этой цели он отдаст все свои силы».
В кулуарах съезда велись и другие разговоры.
— Все это, конечно, чудесно, — покачал головой делегат, представлявший белорусов Смоленской области.
— Но вот сюда я еще приехал, а как обратно?.. Красные уже заняли Витебск! У меня складывается впечатление, что устроители конгресса играют в какие-то свои, причем не очень серьезные игры. О какой независимости можно рассуждать всерьез, когда большевистские танки через неделю будут у стен этого театра?
Собеседники депутата, дымя немецкими сигаретами, покосились в окно и дружно вздохнули. Никого из них такая перспектива не радовала.
— Ну, на месте спадара я бы не стал преуменьшать мощь германской военной силы, — возразил другой «народный избранник».
— Большевики еще сломают себе шею под Минском, вот увидите!
— А я бы на месте спадара не стал бы преуменьшать мощь красной военной силы! — огрызнулся представитель Смоленщины. — Неужели неясно, что прикрывать свой отход немцы будут за счет сынов белорусского народа — вот этих хлопцев из Краевой обороны?! — Депутат ткнул пальцем в солдат оцепления.
