Откуда-то со второго этажа доносились громкие голоса.
…А между тем там происходили довольно-таки неожиданные события. Перепуганный насмерть немец-радист внезапно снял с головы наушники и, легко перемахнув через пульт, выбил из рук Латушки пистолет. Поймав одобрительный взгляд Владимира, Валентин Рихтер улыбнулся.
— Ах, сколько было пафоса, сколько стараний, господин Латушка! И все напрасно!.. — иронично произнес он, не давая лидеру националистов вырваться.
— Лейтенант! — крикнул тот, бешено сопротивляясь.
— Стреляйте в немца, немедленно! Я приказываю!
— Не стоит труда, лейтенант, — внезапно произнес Владимир, обращаясь к Джиму по-английски. — Я не немец, а ваш союзник…
Джим застыл на месте, как скованный.
— Послушайте, лейтенант, — торопливо произнес Владимир, пользуясь замешательством англичанина, — я и мой коллега представляем секретную разведывательную службу Красной Армии. Вы находитесь на территории, подконтрольной нашим вооруженным силам, а потому во избежание кровопролития вам лучше прекратить сопротивление… Мы ведь союзники! Неужели вы допустите, чтобы конфликт между представителями двух великих армий перешел в войну между Британией и СССР?!
— Мне приказано всецело содействовать мистеру Латушке, — машинально ответил Кэббот.
— Вот и прекрасно! — кивнул Владимир. — Считайте, что содействие Латушке вы оказали — он же попал в эфир и сказал там все, что считает нужным. А дальше — не ваша забота.
— Как «не ваша забота»? — крикнул Латушка, тщетно пытаясь разжать стальную хватку Рихтера.
— Вы предоставлены правительством Его Величества в мое полное распоряжение!..
— Только до эфира, мистер Латушка. — Джим словно очнулся. — Только до эфира. Сейчас, когда ваше заявление услышали все цивилизованные страны, таким мелким пешкам, как мы, больше не место в одном помещении с господином самопровозглашенным президентом новой республики… Слишком много чести для нас!
— И вы оставите меня на съедение этим большевистским зверям? — воскликнул Латушка.
— Ну, по идее сейчас сюда должна ворваться президентская гвардия, — пожал плечами Кэббот, — бойцы национальной армии, министры и парламентарии вашей страны… В конце концов, разъяренный народ, готовый защитить своего любимого президента!
— Увы, — улыбнулся Рихтер, — это относится к области сказок.
Потому что никто, кроме нас троих, заявления Латушки не слышал.
— Как? — хором воскликнули Латушка и Кэббот, один по-белорусски, другой по-английски.
— Очень просто.
