— Мы сегодня ночью в центре города были, товарищ полковник. Контачили с нашими…
— Какими еще нашими? — взорвался полковник. — Бабьи сплетни слушали на базаре? Или у вас в Минске резидентура с сорок первого года осталась?..
— Никак нет, товарищ полковник. Но верить этому человеку можно. Это наш зафронтовой разведчик, волчара матерый… Он сам на контакт вышел.
— Ладно, — нехотя отказался от своего плана полковник, — только если выяснится, старлей, что твой волчара матерый наши танки по ложному пути пустит, я тебе лично ствол СУ-85 в задницу засуну! Понял?.
.
— Так точно, — подтвердил разведчик."
"В КПП повисла тяжелая пауза. Было слышно, как невдалеке тарахтят немецкие пулеметы. Потом несколько раз рявкнули танковые орудия. «Тридцатьчетверки» уже в который раз пытались рассадить амбразуры вражеских дотов, но толстенный бетон не поддавался ударам 76-миллиметровых снарядов.
— Товарищ полковник, — окликнул командира связист, — вас штаб дивизии.
— Слушаю! — взял трубку полковник. — Здравия желаю, товарищ генерал-майор… Никак нет.
Противник организовал сильную оборону на полпути к центру… Нуждаюсь в пополнении матчастью! Даже эвакуацию подбитых танков с поля боя не могу наладить, такой сильный огонь…
Выслушав генерала, комполка хмуро сказал «Есть», брякнул трубку на рычаг и оглядел присутствующих.
— Ну чего застыли? Думайте! Думайте, как нам миновать эту чертовую батарею на кладбище!
— Товарищ полковник, разрешите? — снова подал голос Пугач. — Есть одна идея…
* * *Старший Особого отряда НКВД, одетый в форму немецкого солдата, неторопливо шел по улице, на которой был расположен радиоузел.
Его внимание привлекли звуки пулеметной стрельбы. Когда майора отделяло от искомой точки не больше пятидесяти шагов, он невольно сбавил шаг, увидев картину жуткого побоища у соседнего дома. Не меньше пятидесяти парней в военном лежали в разнообразных позах на руинах сгоревшего деревянного дома. Судя по всему, их скосил пулеметным огнем в упор броневик, стоявший у крыльца радиоузла.
Рядом с машиной лежали немецкий майор и двое солдат, еще один, с винтовкой, валялся на самом крыльце. На улице было очень тихо, и потому особенно жутко.
«Что-то неясное», — подумал старший группы, осторожно вынимая из кобуры пистолет. Неясного он не боялся, а просто немедленно выяснял, в чем именно заключается эта неясность…
Дверь в здание радиоузла была приоткрыта. НКВДшник быстро и бесшумно вошел в дом, внимательно осматриваясь по сторонам.
