Рука убийцы дрогнула – третья пуля ударила в стену грота, с тонким визгом отрикошетив от камня. Невероятно. Значит, с патронами все в порядке. Они не отсырели, и порох вроде на месте. НО КАК ЖЕ ТОГДА ОН МОГ ПРОМАХНУТЬСЯ? – Сгинь! – окончательно потеряв самообладание, завизжал Ульрих. – Пропади! – Не могу, – извинился Кудесник – И вообще – это принято говорить моему оппоненту. Предупреждаю, даже если ты перекрестишься, я не рассыплюсь в прах. Но могу дать мел – для спокойствия нарисуй себе магический круг.
…Ульрих вновь нажал на курок «люгера».
Он выстрелил три раза, тщательно целясь Кудеснику прямо в лицо. Патроны кончились, а Ульрих все продолжал судорожно давить на «собачку», слыша сухие щелчки.
Кудесник продолжал смотреть на него с интересом и любопытством.
– Кто… кто ты такой? – в истерике прохрипел Ульрих вопрос, который задавал еще в самом начале. – Откуда ты взялся? Твою мать… КТО ЖЕ ТЫ?
– Ну вот, – расстроился Кудесник, поворачиваясь к Петру. – Действительно, и ради чего мы тут вообще работаем? Подставляемся Синедриону, портим отношения с властями, испытываем физические мучения, совершаем чудеса, пишем бестселлер для будущих поколений.
А потом появляется человек из этого самого будущего – и совершенно в толк не может взять, кто я такой? Сам видишь, его заело на этом вопросе. Может, визитные карточки нарисовать? Парень обо мне совсем ничего не знает. Иначе бы давно сообразил, что любые покушения на Кудесника устраивать бесполезно.
– «Визитные карточки», – трудолюбиво записал Петр.
– Завтра же сделаем.
…Пальцы Ульриха разжались – «люгер» упал на земляной пол грота. Из начищенного дула потянулась извилистая струйка дыма. Как слепой, Хафен простер перед собой руки, пытаясь нащупать пространство, оно давило на него со всех сторон, моментально сделавшись чужим, злобным и жестоким.
Так значит все, что написано в Новом Завете – чистая правда…
Кудесник действительно – тот самый человек…
Он умрет, воскреснет. Придет снова, во второй раз – и будет править Землей, одолев в битве Шефа.
Но умрет в Ерушалаиме за грехи людские так, как задумано умереть им самим… а не потому, что это запланировал Ульрих…
Получается, его нельзя убить… совсем нельзя… вообще… никогда…
НО ЧТО ЖЕ ОН ТОГДА СДЕЛАЛ? И ЧТО ТЕПЕРЬ БУДЕТ С НИМ?
В мозгу Ульриха что-то ощутимо сдвинулось. Он резко почувствовал сильнейшее головокружение. Ужасная боль горячей волной залила голову, из носа брызнули капли крови, похоже лопнул какой-то сосуд.
