Решение принималось не мозгом, а реакцией, результат – в обойме шесть патронов. Осталось транспортировать тело в заброшенную штольню, где лежат остальные. Подлый Кудесник сегодня едва не довел его до нервного срыва, без объяснений добавив в свою команду двух римских солдат – тех самых, что были безмерно огорчены смертью Иакова. Ощущение, что имеешь дело с гидрой – только отрубил пару голов, а на их месте тут же отросли новые. Придется убивать быстрее, иначе так и год провозиться можно. Он свистнул, вглядываясь в темноту.
Подождал, и снова издал короткий свист. Заросли бамбука у дома заколыхались, навстречу убийце вышла стройная фигура в полупрозрачном хитоне.
– Мне жаль его, – с грустью сказала Магдалина, вглядываясь в мертвое лицо Иуды. – Да, он надое дал своей любовью – хуже горького ананаса. Но при этом не сделал ничего плохого, из всех сил стараясь украсить мою жизнь. Я же играла с ним, как кошка с мышкой. И вот посмотри… к чему это привело.
Она шумно разрыдалась.
– Не надо, – обнял убийца Магдалину.
– Ты правильно сделала, что обратилась с исповедью именно ко мне. Сделка с Маркусом погубила бы твою душу. Теперь все позади – помогая здесь, ты искупаешь свой невольный грех перед Кудесником. Спасибо, что вызвала его на улицу.
Обливаясь слезами, Мария прикоснулась к растрепавшимся волосам убитого. Она не могла оторвать взгляда от застывшей улыбки Искариота."
"– Даже не верится, что он мог задумать такое против Кудесника, – тихо произнесла она. – Иуда всегда первым изъявлял любовь к нему, ревновал к вниманию других, на совещаниях выдвигал десятки нелепых, но ярких предложений.
Искариот – и всего тридцать денариев? Мне не верится.
– Откровение, – поправил ее убийца, заворачивая тело в мешковину. – Ты забываешь, мне явилось откровение во сне – о предательстве, которое случится ОЧЕНЬ СКОРО. Ты спасла Кудесника, доказав ему свою любовь. Но возможно, это не последняя жертва, которую нам придется принести.
– Мне страшно, – поежилась Магдалина. – В последнее время я часто слышу рассказы про путающие сны, где люди видят будущее.
Маркус тоже плел что– то о загадочных видениях одного патриция.
– Теперь – ты. Вероятно, скоро и я увижу сон о грядущем Апокалипсисе. Но уже не проснусь после него.
– Возможно, – согласился убийца, и на его лице отразилась легкая насмешка. Он поднял с крыльца тело, завернутое в мешковину, плечо, как и в первую ночь, разорвалось ужасной болью. В голове, расцвечивая мрак, лопнули и завертелись красные искры.
