Куда же в действительности делся «покойничек»?
– Уверяю, для меня это точно такой же сюрприз, как и для вас.
– (повышенным тоном) Так, все, хватит! Повторяю в последний раз – что выяснила экспедиция? В какой именно район Тибета вы направили сотрудника со спецзаданием? Что это было за задание, и почему вы держали его выполнение на личном контроле целых ДЕВЯТЬ ЛЕТ? Как вы поддерживали с ним связь? Где находится доктор? ОТВЕЧАТЬ!
– (вяло, безразлично) Я ничего не знаю…
– Не знаешь? (звуки хлестких ударов по лицу).
А как тебе понравится вот это, ублюдок? На, получай еще! (снова удары). Молчишь, сволочь? Ничего. Сейчас мы с тобой поработаем: пропустим через твои яйца электрический ток – сразу запоешь соловьем, как миленький. Будешь на коленях умолять, чтобы мы тебя выслушали, ссссукин ты сын… Говори, тварь – или я здесь твоей поганой мордой все стены разрисую!"
"(хрупающий треск. Тяжелый звук падения тела вместе со стулом, скребущие удары ног об пол. Надсадный хрип, свистящее дыхание, бульканье слюны.
Тишина. Звук распахнутой настежь двери).
– Святые угодники… Что ты с ним сделал?
– (растерянно) Ничего. Пару раз треснул по роже, прикрикнул… а он брык со стула– конвульсии начались, пена на губах выступила, глаза закатил. Смотри, лежит синий весь… может, это эпилепсия?
– Эпилепсия? О, черт… дай я пощупаю пульс…
(молчание)
– Он мертв.
– Ооооо… сучий потрох! Не может быть!
– Судя по запаху миндаля, он раскусил во рту ампулу…
– Ампулу?
– Да. Открой ему рот.
Не бойся, он уже не укусит… видишь осколки? Наверное, резервуар закрепили на одном из зубов мудрости. Лучше бы я сам провел беседу. Черт побери, как же ты мог забыть про ампулу?!
– (раздраженно) Вообще– то ты тоже про нее забыл.
– Какая теперь разница. Все, завтра мы с тобой оба потеряем работу. Еще бы – не смогли выцепить из парня даже крупицу информации! А ведь этот человек – самая настоящая сокровищница секретов (шуршание). И подумать только, ванту мать… у нас в руках был лично… (обрыв записи).
Глава двенадцатая
УЛЫБКА ИСКАРИОТА
(северная окраина Ерушалаима, поздняя ночь – примерно в двух километрах от Масличной горы)Вьющиеся локоны Магдалины соблазнительно оттеняли хрупкие голые плечи.
Особенно трогательной ему казалась незаметная жилочка над ключицей – взгляд влюбленного всегда замечает мельчайшие детали, не заметные для других. Четкие контуры нежных бедер постепенно выступали из полумрака, лаская глаз идеальной белизной.
