– Похоже, вечер перестает быть приятным… верно, Петр?
– А то, – кисло подтвердил Петр, в отчаянии дергая себя за бороду. – Кончится тем, что тебе, Учитель, придется Лазаря второй раз воскрешать.
…Лазарь совсем не испытывал желания превращаться в труп вторично, а потому решил не искушать судьбу далее. Повернувшись к нападающим спиной, он взял «ноги в руки», стартанув с места с приличной скоростью. Толпа, захватив с собой сучья деревьев, понеслась вслед за ним. Кудесника, впрочем, это душераздирающее зрелище совершенно не смутило.
"
"– Не догонят, – сделал он правильный вывод. – У сил добра в минуту опасности на ногах вырастают крылья. Полагаю, уже ночью, в нашем уютном гроте у подножия Масличной горы, мы поприветствуем чашей вина изрядно запыхавшегося, но вполне здорового брата Лазаря.
– Да что грот? – чуть не плакал Петр. – Мы затратили столько сил, отправляли рекламных гонцов и в Боспор, и в Нубию, и даже в Парфию. Грандиозная вещь, забытая с древнеегипетских времен – воскрешение умершего! И что мы сейчас имеем в остатке? Толпа озверевших зрителей гонится за нашим чудом.
Взрыв сенсационного воскрешения обратился в пар. Хотел бы я знать – откуда взялся этот сволочной отрок с его комментариями?
Мальчика уже не было на месте, он исчез вместе с остальными.
– Опять волнуешься? – заключил Петра в объятия Кудесник – Я тебе говорил: все идет по плану. Вспомни реакцию людей на вселение бесов в свиное стадо. Это тоже, насколько ты знаешь, мало кому понравилось.
Лазарь проламывался сквозь виноградники на склоне холма.
За время его бегства азартный Иоанн успел заключить пари с Андреем на целых десять денариев. Последний ставил на то, что спастись у Лазаря не получится.
– Надо, Учитель, вина будет вечером выпить, – подвел итог Иоанн после того, как Лазарь скрылся из виду, а раздосадованный Андрей полез в мешочек у пояса. – Хоть как– то успокоимся – работа нервная стала.
Кудесник не уловил фразу – он отвлекся, всматриваясь в показавшихся на горизонте двух римских солдат в полном боевом облачении.
Сомнений не было – они направлялись прямо к нему. Оба шли ровно, соблюдая военную выправку – печатая шаг и сомкнув пальцы на рукоятках мечей. Один из солдат (обладатель курносого носа и выбивающихся из– под шлема рыжих волос) показал на него пальцем, другой, рослый брюнет, грубо шлепнул его по ладони. Лица постепенно обретали очертания, приближаясь – Кудесник узнал того самого брюнета. Это с ним они столкнулись у грота после смерти несчастного Иакова.
