Ведьминская магия вокруг сосуда заволновалась, и Аманда погрузила в её тёмные клубы руку, попутно расшифровывая руническую письменность, транслируемую маго-техническим оборудованием.
– Что там? – нетерпеливо спросил капитан у замершей неподвижно ведьмы, связывающей в единое целое показания магии и приборов.
– Готова раскладка по составу сохранившегося эпителия. И есть весьма примечательный момент! В кожных покровах сгоревшего обнаружено вещество, которое никак не могло образоваться в процессе естественной деятельности организма.
Более того, это вещество имеет магическую составляющую, которую тоже никак не мог сгенерировать организм оборотня, напрочь лишённого магии. Назначение магического элемента, как и точное химическое строение самого вещества, пока неясно.
– Так, чётко и внятно: его отравили? Да или нет? – рыкнул дракон.
– Версию отравления вам следует принять за основную, – подтвердила Аманда.
Хмуро сообщив адрес загородного коттеджа Маккони, капитан пошёл отправлять опергруппы в компанию и в дом жертвы.
Габриэль, сказав, что выбросит коробки из-под ланча и будет ждать её в общем коридоре, вышел вслед за капитаном. О стол звякнул и покатился какой-то небольшой предмет. Подхватив его на ладонь, Аманда увидела кольцо, подаренное вчера повелителем эльфов. Тяжко вздохнув, она спрятала символ помолвки в карман. Как там говорила Кэтрин: в её судьбу вмешались обстоятельства непреодолимой силы? Удивительно быстро может запутаться жизнь разумной женщины, привыкшей всё рассчитывать наперёд и не менять своих решений! Она совершенно не представляла, что и как сказать Элсинэлю.
Изысканный загородный дом искусствоведа был двухэтажным. Он блистал белоснежными портиками и балюстрадами, фигурными балясинами лестниц, гранитными плитами подъездной аллеи. Со всем этим изящным великолепием контрастировал мрачный коренастый полицейский, курящий на крыльце и сбрасывающий пепел в вазу на голове мраморной нимфы, украшающей парадный вход в здание.
Сержант молча кивнул поднявшимся по ступенькам экспертам, Габриэль учтиво распахнул перед Амандой дверь, и они погрузились в мир ковров, картин и антикварной мебели."
"Пошли на звук приглушённых женских рыданий и быстро добрались до домашнего кабинета феникса. Очевидно, владелец аукционного дома имел привычку работать не только в городском здании компании: перед кабинетом имелась небольшая уютная комнатка, уставленная стеллажами с документами.
