А вот к несговорчивым партнёрам такую деву подослать, особенно если те из людей, – стратегия, частенько применявшаяся в не слишком чистом и честном бизнесе.
Дверь распахнулась, и на порог ступила демоница, слабенькая магическая аура которой давно поведала высшему о её близком присутствии рядом и нюансах её видовой принадлежности. Габриэля и прежде не раз пробовали продавить на невыгодные ему сделки, подсаживая к нему подобных соблазнительных девиц, и, честно признаться, по молодости лет на нём такой метод срабатывал.
Не только женщинам трудно сохранять самообладание и способность к логическому мышлению в разгар сильного вожделения – у мужчин тоже всего одна кровеносная система, и если она активно подпитывает одни органы, то другие, особенно головной мозг, резко обедняются кислородом. Возможно, с научной точки зрения всё объясняется иначе, но ощущается именно так. В закономерном итоге из уст мужчины вырываются не самые благоразумные обещания, которые впоследствии не позволяет взять обратно привычка держать данное слово.
Пока демон размышлял, вспоминая прошлое, дамочка приступила к стандартной процедуре соблазнения: вокруг Габриэля заклубился волшебный флёр очарования, питаемый магическими силами и сопровождаемый томными вздохами и медленным раздеванием девицы. Досадливо поморщившись, демон выбирал между вариантами выставить суккуба за дверь или вышвырнуть в окно – пусть полетает, остудится – и тут его накрыло осознанием, что он совершенно не чувствует влечения к ней. Совсем! Изумлённо оглядев девицу, он понял, что единственное чувство, всколыхнувшееся в нём при этом, – жалось к суккубу, как к любому терзаемому голодом человеку.
Та жалость, которую испытываешь невольно, даже если знаешь, что человек легко может утолить этот голод... но не с ним!
«Вот как это работает!» – восхитился Габриэль, упиваясь чувством неподвластности чужому влиянию. Блаженно развалившись в кресле, он радовался, что в ловушку вожделения его впредь не поймают, и смаковал своё глубокое безразличие ко всем действиям суккуба.
Колдунья определённо привила ему любовь к экспериментам, и Габриэль не помешал девице усесться на стол и завлекающе склониться к нему, маня к себе полными приоткрытыми губами и локонами блестящих волос.
Действительно – ничего! Совсем. Габриэль не удержал самодовольной улыбки и отпихнул руку суккуба, потянувшуюся расстегнуть на нём рубашку.
– Это лишнее, зрелище и так забавное, – насмешливо охладил он пылкость голодной демоницы.
