– Преступник-то из демонов, – прошептала Аманда, с благоговением беря в руки сосуд и рассматривая колышущееся в нём готовое зелье. – Из демонов, отлично знающих химию. А я-то думала, все такие уникумы работают в моем отделе!
– Точно не все, – заверил Габриэль, чувствующий удовлетворение от успеха эксперимента, как от ловкой спекуляции на бирже. – Знаю местного молодого демона, который учится на химико-биологическом отделении института, он ещё за русалкой ухаживает.
– За кем ухаживает?! – взвизгнула Аманда, прижимая к груди драгоценный сосуд.
– За русалкой, что в омуте у реки живёт?!
– Совершенно верно, но почему ты так разволновалась из-за невинного факта любви демона к русалке? – недоуменно пожал плечами Габриэль.
– По причине далеко не невинного возгорания дракона, – нахмурилась Аманда.
Глава 20, о тайне пророчества
Пока шеф токсикологов с блаженным выражением лица любовалась сотворённым ядом, отливала часть его во флакон из устойчивого ко всем воздействиям толстого стекла и запирала остаток зелья в сейфе с многоуровневой защитой от взлома, Габриэль просматривал базу своих сородичей в Атланте.
Кто к какому подвиду относится, что изучал, чем занят, привлекался ли к уголовной ответственности, был ли уличён в незаконной деятельности и так далее. Его юный знакомый, спасённый им от гнева морской ведьмы, был единственным демоном, профессионально занимавшимся химией, если не считать сотрудников криминалистической лаборатории.
– Он не произвёл на меня впечатления человека, способного пойти на преступление, – задумчиво произнёс Габриэль.
– И тем более человека, поставившего перед собой маниакальную задачу уничтожения целых родов Иных.
– Маньяками в подавляющем большинстве случаев оказываются люди, которые не похожи на тех, кто способен пойти на преступление, – заверила Аманда. – Поэтому их так трудно вычислить: в обычной жизни, когда они не вышли на тропу убийств, маньяки – самые добропорядочные обыватели и примерные семьянины. Очень часто – отличные специалисты своего дела, ценимые руководством и пользующиеся симпатиями и признанием коллег.
Словом, как раз те, кого не заподозришь в совершении продуманных злодейств.
– Меньше всего заподозришь маньяка в сотруднике полиции, верно? Особенно в криминалисте? – вкрадчиво намекнул Габриэль.
– Верно, поэтому за моими ребятами установят негласное наблюдение сразу, как только я сообщу детективам об итогах своих изысканий, – грустно подтвердила Аманда.
