Через Лессе на Клаузена в сентябре 1928 года, после нескольких месяцев тщательного наблюдения вышел агент советской военной разведки «Георг» и спросил, имея в виду его прежний опыт в радиосвязи, не хотел бы он отправиться в Москву «поработать на разведывательную организацию». Клаузен принял предложение «Георга» и выехал из Берлина с билетом первого класса в кармане и романом Томаса Манна в багаже. Ему было сказано: «Место вашего назначения — в этой книге». Простой буквенный код внутри книги, будучи расшифрованным, давал адрес в Москве.
По прибытии в Москву Клаузена встретили и отвезли в офис 4-го Управления Генерального штаба Красной Армии. Так он оказался завербован непосредственно советской военной разведкой."
"После нескольких месяцев интенсивного обучения в радиошколе Красной Армии Клаузена отправили в Шанхай, где он должен был присоединиться к «Джиму», и в марте он уехал из Москвы. До Шанхая он добирался, через Харбин[34]. В Москве ему показали фотографию человека, который будет ждать его каждый вторник в пять часов вечера в «Палас-отеле» в Шанхае.
В левой руке он должен будет держать номер газеты «Шанхай Таймс», а в правой — трубку. Предусмотрен был и короткий обмен приветствиями. Этот контакт вывел Клаузена на русского из числа белых эмигрантов по имени Константин Мишин. Он был помощником «Джима», завербовавшего Мишина в колонии русских белых в Шанхае. Похоже, что одно время Мишин был бродячим уличным певцом. После некоторых промедлений и предосторожностей Мишин привел Клаузена к «Джиму».
Первым заданием Клаузена было научить Мишина обращаться с радиопередатчиком, чтобы тот смог самостоятельно выступать в качестве радиста, а потом попытаться установить связь с ближайшей советской радиостанцией во Владивостоке.
В июле 1929 года, после того как была установлена связь между Шанхаем и Владивостоком, Клаузен получил указание от своего руководителя отправиться в Харбин, чтобы там установить другую радиостанцию, которой должна будет пользоваться группа Красной Армии в Маньчжурии.
Весь его радиоинструмент любезно и незаметно перевез для него французский дипломат. Условия для деятельности в Харбине были существенно осложнены бдительностью местной китайской полиции. Китайско-советские отношения на границе обострились, и налеты китайской полиции на советское консульство в апреле этого года служили постоянным предостережением.
