Вернувшись в Германию, Ленц был призван в армию, но из-за управленческой неразберихи потребовалось несколько месяцев, чтобы выследить его, и лишь в декабре 1943 года он был арестован и допрошен. На допросах он утверждал — и это соответствовало действительности, — что с Зорге они общались исключительно «как коллеги». И с этими своими заявлениями Ленц исчез со сцены.
Это было только начало.
В марте 1942 года коллега Мейзингера на Дальнем Востоке и его предшественник в Токио Франц Хуберт, германский полицейский атташе в Бангкоке, обратил внимание германских служб безопасности в Берлине на подозрительную деятельность австрийского фотокорреспондента и журналиста Карла Хофмейера.
Германские службы безопасности в Берлине приказали расследовать дело, чем Мейзингер и занялся в июле месяце в Токио, где Хофмейер был арестован. Предварительные результаты этого политического расследования оказались не менее тревожными, чем дело Зорге. Хофмейер получил образование в иезуитском колледже в Австрии и в 1931 году в Вене вступил в коммунистическую партию, после чего почти год преподавал теорию марксизма в партийных ячейках и руководил работой партийного агитпропа, время от времени публикуя статьи в газете «Красный флаг».
Дважды его арестовывала австрийская полиция.
В январе 1933 года Хофмейер отправился в Турцию «с образовательными целями». Здесь он и был завербован советской контрразведкой и получил общее задание разоблачать польских агентов, засылаемых в Советский Союз.
Весной 1934 года по указанию начальства он вступил в стамбульский филиал Германской нацистской партии для того, чтобы получить такую же «крышу», какую приобрел себе Зорге в Токио в тот же самый период. (Партбилет Хофмейера, как и партбилет Зорге, находится в архиве.) Местному руководителю нацистов в Турции Хофмейер представился как патриотически настроенный германский студент, горящий желанием поработать ради общего дела.
Он и поработал, пользуясь финансовой поддержкой нацистских фондов, в «информационной службе», находившейся под строгим советским контролем, где вербовали польских и других контрреволюционных агентов, а затем посылали их в Россию, где их благополучно арестовывали. Хофмейер также писал статьи для официальной нацистской газеты «Фелькишер Беобах-тер», которые сначала в первой инстанции цензурировались советской разведкой.
