«У меня сложилось впечатление, что Япония предпримет меры для защиты своих позиций на севере, не предпринимая в действительности нападения на Советский Союз, и что принято решение начать активные операции на юге, а именно — в Индокитае». 5 или 6 июля Одзаки заверил Зорге, что принято решение отправить в конце месяца экспедиционный корпус в Сайгон.
В этом смысле Зорге и радировал в Москву, добавив, что отчет Одзаки об Имперском собрании от 2 июля представляется более надежным.
Однако окончательная интерпретация японских намерений зависела от точного анализа японских мобилизационных планов, и потому все ресурсы группы были' теперь сконцентрированы на этом.
Предполагалось, что предупреждение, посланное Зорге заранее в Москву, сразу после Имперского собрания от 2 июля 1941 года, в котором говорилось о японских намерениях ударить на юг, на Тихий океан, сохраняя нейтралитет на сибирской границе, даст Сталину возможность перебазировать дивизии советской дальневосточной армии на западный фронт.
Благодаря разведданным, полученным от Зорге, эти подкрепления и спасли Москву от немцев.
Самые последние данные говорят о том, что русское высшее командование отдало первый приказ о переброске военных формирований с Дальнего Востока 26 мая 1941 года, когда Шестнадцатая армия была переброшена с Транс-Байкальской магистрали на запад. В период между октябрем и ноябрем одиннадцать стрелковых дивизий также были переброшены на запад. Операция затронула более двухсот пятидесяти тысяч человек[103].
"
"С другой стороны, официальные советские источники склонны игнорировать эти меры или минимизировать их историческое значение. Например, в одной советской работе подчеркивается важность этой стратегической переброски, если бы она была сделана, для ведения войны на западе, а также настоятельно подчеркиваются агрессивные намерения Японии, несмотря на ее явное решение двинуться на юг. Подобная русская интерпретация целей и намерений японской, армии, противоречит анализу, сделанному Зорге с помощью Одзаки, решений Имперского собрания от 2 июля, которые сформулированы так:
«1.
Япония не вступит в войну против Советского Союза. Лишь когда война примет благоприятный, с японской точки зрения, оборот, она возьмется за оружие.
2. Пока это не достигнуто, Япония будет скрывать свои намерения, ведя дипломатические переговоры с Советским Союзом и под прикрытием этих переговоров будет секретно вооружаться против Советского Союза».
