Куда спешим как на пожар…
Это верно, высокий белокаменный собор с высокими куполами переливался золотыми и голубыми красками, но на деле был натуральной грудой каменных блоков самой примитивной обработки, без малейшего изящества и хоть какого-то намёка на архитектурность. Внутри тоже царил дух первобытного примитивизма: алтарь с жабой, каменные плиты с наскоро высеченными барельефами наиболее популярных демонов и бодрый грузинский батюшка, окормляющий паству крепкой чачей да пистолетными выстрелами по пьяному делу…
— Иловайский! Иловайски-ий… тсс! — Я не сразу сообразил что милый моему сердцу Катенькин голосок раздаётся прямо из пасти памятника.
— Спасибо, что пришёл! Ты так меня выручаешь, просто… просто ва-а-аще… Потусуйся ещё, запись идёт, всё пучком!
— За тебя и душу рад отдать, звёздочка моя светлая, — ответствовал я, грозно зыркнув на упырей, мигом развесивших уши. — Что ж начальник твой? Как прибыл, всем ли доволен?
— Да кто его разберёт, — неуверенно буркнула Хозяйка.
— Скользкий тип, всё себе на уме, так и норовит подчинённым тупую предъяву кинуть. Думаешь, вот вроде ровно всё, суёшь зачётку, а он тебе — на, фигу в масле под нос! И сиди как дура, переписывай все конспекты…
— И впрямь зверь, — ничего не поняв, покивал я. Моня и Шлёма поддержали.
— С утра все нервы вымотал, сейчас из душа выйдет, опять приставать начнёт, — вздохнула моя любовь."
"— Из душа — это… из баньки, что ли? — нехорошо щёлкнуло у меня в голове.
— Ну да, вроде того.
— Так он, подлец, наелся, напился, в баньке выпарился, да ещё к тебе приставать смеет?!!
— Иловайский, ты чё, офонарел? Я ж не в этом смысле…
— А в каком?! — Перед моим пылающим взором стояла гордая фигура немолодого мужчины без усов и бороды с неприятной ухмылкой на кривящихся губах, выходящего из «душа» в том же полотенце вокруг чресел, в коем некогда выходила и моя Катенька…
— Ты чё орёшь? Ты чего меня позоришь на всю площадь?! Ты вообще… это… не лезь, куда не просят! Он мне всего лишь научный руководитель, а не… Нет, ну ты точно псих!
— Ты сама сказала, что он к тебе пристаёт!
— Он по работе пристаёт, а тебе до этого какое дело?! — уже в полный голос сорвалась Хозяйка.
— Не доводи меня! И так из-за тебя вся научная карьера коту под хвост, в лоток с наполнителем…
— Значит, как барин Соболев приехал, так я и неугоден стал? Хорошо же…
— Так её, Иловайский, — хором заорали Моня и Шлёма, однозначно вставая на мою сторону.
