Полиция замела его сразу, как только был найден этот корешок чековой книжки, и с тех пор его никто не видел.
— Что думает полиция о времени убийства?
— Где-то около восьми пятнадцати. Скажем, между четвертью и половиной девятого вечера. Фолкнер собирался на ужин коллекционеров рыб в восемь тридцать. В восемь десять он позвонил и сказал, что задерживается. Во время этого разговора он обратился к кому-то, кто, по-видимому, вошел в комнату в то время, как он звонил: «Как вы сюда попали? Я не желаю вас видеть. Если вы мне понадобитесь, я пришлю за вами».
Тот, кто говорил с ним по телефону, слышал на другом конце провода приглушенный шум голосов, потом Фолкнер раздраженно воскликнул: «Я не собираюсь обсуждать это сегодня вечером. Черт бы вас побрал! Или вы уйдете сами, или я вышвырну вас. Хорошо, если вы так этого хотите, то получайте», — и с этими словами он неожиданно бросил телефонную трубку, оборвав разговор на середине.
Коллекционеры рыбок, с которыми должен был встречаться Фолкнер, с нетерпением ожидали его, надеясь вытянуть из него деньги.
Они позвонили ему в восемь двадцать пять, но никто не ответил. Поэтому они решили, что он выехал. Подождав немного, они открыли встречу без него. Теперь ясно, что Фолкнер одевался, собираясь на эту встречу. Бритва со следами пены лежала на стеклянной полочке в ванной, и когда нашли тело Фолкнера, он был свежевыбрит. Исходя из этого, полиция абсолютно уверена, что пока Фолкнер звонил, кто-то неожиданно вошел к нему без звонка в дверь, просто вошел. Фолкнер решил выкинуть незнакомца, бросил телефонную трубку и в этот момент был убит выстрелом из пистолета.
— А что говорит патологоанатом?
— Когда полицейские приехали, они не посчитали достаточно важным установить с точностью до минуты время смерти. Больше внимания уделили положению тела, отпечаткам пальцев, фотографированию, а не измерению температуры тела и прочим подобным вещам. Если бы они сразу измерили температуру трупа, то получили бы важные сведения о времени преступления. Говорят, что судебные медики допустили промах.
Теперь им приходится полагаться на интуицию.
— Это может усложнить дело. Получается, что полиция права. А что они говорят о перевернутом сосуде для рыбок?
— Серебряные караси могли находиться в сосуде на этом перевернутом столе, и Фолкнер «испортил» все дело, когда он упал, задев стол, сраженный выстрелом. Или же кто-то находился в комнате после убийства и столкнул нарочно или случайно сосуд с рыбками.
Мейсон понимающе кивнул.
