Я представил себе женщину, которая была у него на ужине и ушла домой и…
— Почему вы думаете, что она ушла домой?
— Не могу вам сказать… Может быть, мне не о чем было больше думать… Но что-то мне подсказывало…
— Оставим то, что вы думаете. Говорите о том, что вы увидели.
— Я и хотел об этом сказать. Кажется, там был стакан с губной помадой на каемке…
— Вы хотели сказать, что осмотрели стакан, разбитый об пол? — спросил Хейл.
— Нет, я не осматривал стаканы на полу. Я не слишком уверен… Кажется, стакан был на полу, а еще в комнате был кинопроектор.
Сказать правду, я с трудом припоминаю, что там было, а чего не было. Парадная дверь была закрыта на защелку. Я подошел к задней двери. Она была незаперта. Я вошел, прошел через кухню в гостиную, и первое, что я увидел, было это тело на кресле и кровь, стекавшая на пол… Сейчас я припоминаю этот разбитый стакан. Я увидел на нем что-то красное. Я близко не подходил, но подумал, что это была губная помада.
— В каком положении стояло кресло?
— Футах в шести-восьми от окна, повернуто к нему спинкой.
— Сразу после того, как вы сообщили властям, вы вернулись домой, а затем на рассвете пошли еще куда-то. Вы заходили к миссис Эдриан, не так ли?
— Возражаю, — сказал Мейсон. — Вопрос не имеет важного значения и не относится к делу.
— Я хочу показать отношение этого свидетеля.
— В целях перекрестного допроса? — спросил Мейсон.
— Я думаю, что суд должен принять это во внимание, — сказал Хейл.
— Вы опять пытаетесь подвергнуть своего свидетеля перекрестному допросу.
Не делайте этого. В любом случае, я допускаю, что он был у миссис Эдриан.
— Минуту, джентльмены, — вмешался судья Норвуд. — Я уже предупреждал вас насчет этого обмена остротами. Насколько я понимаю, вопрос относится к тому, что он делал уже после того, как обнаружил тело, сообщил об этом властям и ему было сказано идти домой и ждать?
— Совершенно верно, сэр. Для того, чтобы продемонстрировать его предвзятость. Я не собираюсь защищать поведение этого свидетеля, ваша честь, он скрыл сведения, которые должен был нам сообщить.
Я не буду обращать внимания на то, что он поступал так, исходя из стремления быть хорошим соседом. Я прямо заявляю, что не буду возражать против перекрестного допроса этого свидетеля. Я думаю, мистер Мейсон всерьез им займется. Сэму Баррису есть что рассказать.
— Вы закончили излагать свою аргументацию суду? — осведомился Мейсон.
— Я лишь хотел показать суду, что не могу защищать такое поведение свидетеля.
