К горлу подкатывает тошнота, а где-то в животе вихрем закручивается болезненный спазм, состоящий из голода и волнения.
Сцепив зубы, поднимаюсь на ноги и, слегка пошатываясь, бреду к своей валяющейся на полу сумке. Достаю глюкометр и вновь замеряю уровень сахара. Критически низкий. Раньше я никогда не наблюдала таких значений. Никогда. Поэтому едва ли представляю, что ждем меня дальше…
Мне становится холодно, и я хочу закрыть распахнутое окно, но внезапно осознаю, что не могу подняться с пола. Тело словно рассинхронизировалось с мозгом и перестало реагировать на его команды.
Руки не слушаются, ноги не держат. В голове – парализующий туман.
Провожу тыльной стороной ладони по влажному лбу и заваливаюсь набок. С каждой секундой мне все труднее держать баланс. Я нуждаюсь в опоре. Мне так дурно, что даже отрезвляющая паника уходит на второй план.
На первый выходит мрачная меланхолия.
А что, если я умру? Вот так вот случайно и нелепо. В одиночестве. Отсеченная от людей, способных мне помочь, лишь двумя лестничными пролетами.
Боже, это будет невероятно печально… Я ведь столько всего не успела сделать: не прыгнула с парашютом, не побывала в Корее, не лишилась девственности, не получила свой заветный красный диплом. Я только-только начала жить, и тут такой облом…
Жестокая ирония. Абсурдная драма.
Интересно, кто устроил мне такую подлянку? Я всегда стараюсь верить в хорошее в людях, но в данной ситуации все указывает на Тимура. Он уже проворачивал нечто подобное, воруя мои вещи из раздевалки, так что эта выходка вполне в его стиле.
Зачем он так? За что? Я ведь искренне старалась понять, простить и не нарываться… А он опять нанес удар, который имеет все шансы стать решающим. И последним…"
"Нет, разумеется, Тимур не знал, что его «шутка» обернется для меня настоящей трагедией. Запереть человека в комнате – что такого? От этого еще никто не умер. Да, унизительно. Да, бессердечно. Но не смертельно, верно?
Думаю, именно так Алаев и рассуждал.
Как же жаль, что на этот раз он фатально ошибся.
___
Глава 40
Тимур
Расслабленно прикрыв глаза, в такт музыке барабаню пальцами по мягкому подлокотнику дивана. Оказывается, пофигзм – это лишь вопрос кондиции. Если не отпускает, значит, мало выпил. Если гигантские личные проблемы наконец скукожились до размера точки, значит, это оно. То самое состояние синтетического равнодушия и сомнительного кайфа, в погоне за которым люди становятся алкоголиками и наркоманами. Скользкая дорожка.
