– Отпусти его! Хватит, слышишь?! – Девушка принялась колотить кулаком по спине Мануэля.
Но тот едва удостоил ее взглядом.
– Отойди, – бросил он, – мы сами разберемся.
Паула отпрянула, дернула головой, переводя взгляд с Мануэля на Хосе, и, внезапно, отбежав на несколько шагов, вытянула руку вперед и запела. Ее пальцы задвигались в такт мелодии, а точнее – заклинанию, а в воздухе появились светящиеся нити чародейских знаков.
Афонсу почувствовал, как по телу разливается приятное тепло. Стало так хорошо и спокойно, что драка, происходящая на берегу, показалась совсем нереальной и даже нелепой на фоне прекрасного озера, высоких деревьев и мягкой травы.
И, судя по всему, такие же чувства испытывали остальные. Мануэль разжал руку, Хосе с негромким стоном упал на траву и начал растирать поврежденный локоть. А Мануэль… Да нет, никакой не Мануэль, а ментор Педру повернулся к Пауле и посмотрел на нее. На его губах промелькнула знакомая каждому студенту знаменитая улыбочка, но лишь на мгновение. И Паула не заметила.
А потом ментор снова стал Мануэлем, лицо которого выглядело весьма растерянным.
– Да ну вас с вашими колдовскими штучками. Это нечестно, – слегка обиженно проговорил он, махнул рукой и, отвернувшись, зашагал обратно к воде. Подобрал удочку и принялся демонстративно осматривать ее на предмет повреждений.
Паула перестала петь, подбежала к Хосе и начала ощупывать его руку.
– Да все в порядке, не волнуйся, – попытался успокоить девушку Хосе, но тут же сморщился от боли.
– Ничего не в порядке.
У тебя вывих. Сейчас, потерпи немного.
Чародейка резко дернула за руку. Хосе выпучил глаза и открыл рот, но вместо того чтобы вскрикнуть, резко выдохнул, и по его лицу расплылось блаженное выражение.
– Спасибо, – глуповато улыбнувшись, проговорил он.
– Так, – Ана огляделась по сторонам, – Хосе, Паула и ты, Афонсу, давайте-ка в лагерь. А то сюда сейчас толпа сбежится.
И она была права: вниз по тропе уже стайкой спешили девушки, до этого сидевшие возле костра. Вероятно, они услышали крики или ощутили чародейство Паулы.
– Ой, что случилось? – принялись спрашивать они наперебой. А одна из девушек, Мафалда, заметив разбитую губу Хосе, всплеснула руками:
– Боже… вы что… подрались?
– Хосе и Мануэль немного повздорили, но все уже разрешилось, – пояснила Ана, – не болтайте об этом, ладно?
– О… ничего себе, – Мафалда приложила пальцы к губам, – а Мануэль… он сильно пострадал? Да как вам не стыдно?! Он же не колдун… Мануэль! – она повысила голос.
