– А вы еще раз подумайте, Афанасий Васильевич, из человеколюбия вас прошу, – предостерег безусый тщедушный колдунишка. Начальство, пользуясь неосведомленностью новичка, всучило ему во владение строптивого черта, с которым недавний школяр точно не мог справиться. – Этот чертяка ленив и глуп.
– Так-таки и глуп?
Когда с черта сняли колодки, он упал на пол, да так и остался лежать там без движения. Похоже, потерял сознание.
– Очень глуп. Однажды умудрился надеть на меня портки наизнанку. Я спросонья и не заметил, пришел на службу.
А камзол короткий. Вот сраму-то было… А как-то раз ошпарил меня кипятком.
– Даже так? – заинтересовался Афанасий.
– Да я, знаете ли, хоть это и выходит в копеечку, люблю почаевничать. Так этот чурбан подал мне полную чашку с пылу с жару и вроде ушел за баранками. Я еще и глотка сделать не успел, а он неожиданно появился рядом и как гаркнет прямо в ухо: «Разрешите доложить!» У меня рука и дернулась. И порка ему не помогает, и колодки, и серебро глотать его заставлял, все нутро выжгло, а ума не прибавилось.
– Что же вы, любезный Яков Арсеньевич, считаете, что черт, бывший фамильяром, может оказаться таким дураком?
– А этот черт был фамильяром? – удивленно вопросил колдун.
– И не каким-нибудь, а княжеским. Неужели вы не удосужились ознакомиться с бумагами?
Вчерашний школяр заметно смутился.
– Да где бы я успел, я ж только на службу заступил, а этот дурень мне в первый же день и достался. Личным указом его сиятельства. Два месяца с ним промаялся…
– Ну и бог с ним, – усмехнулся Афанасий, – теперь это уже не ваши заботы.
А вот что вы лучше сделайте, принесите-ка кружку простокваши. Где крынка стоит, знаете?
Когда колдун вернулся, Афанасий достал кинжал и, не обращая внимания на плавящуюся под серебром плоть, разжал им зубы черта и влил простоквашу в глотку. Черт открыл глаза и окинул их мутным взглядом.
Афанасий поднялся.
– Хотите, покажу одну штуку. – Он подмигнул молодому колдуну, достал из кармана тряпицу, в которую был завернут купленный у разносчика пирожок с требухой, и подкинул пирожок в воздух.
Тот, не успев коснуться пола, исчез. Афанасий рассмеялся.
– Вот теперь порядок. Пойдемте, любезный, перепривяжем вашего черта.
Крови черт выпил много. Афанасий не препятствовал: черту нужно восстановиться, да и связь будет прочнее.
В ушах шумело, перед глазами то и дело проплывали черные круги, поэтому Афанасий покинул службу и направился домой.
