Двое жандармов выскочили из машины.
Вот теперь точно все, преследовать грабителей больше не получится.
Вернувшись и подхватив с мостовой бант, Лев Николаевич длинными прыжками догнал машину хозяина и грузно запрыгнул на заднее сиденье. Менять размер нельзя. Это секретное оружие, жандармы не должны его увидеть.
– Ай да котяра, – ухмыльнулся хозяин, но тут же выражение его лица изменилось. Автомобиль резко вильнул, послышался скрип тормозов, и машина застыла на месте, раскорячившись посреди мостовой.
Хозяин перегнулся через борт и сплюнул.
– Ах ты ж… – он крепко выругался, – они нас подстрелили? Или нам сегодня просто везет как утопленникам?
Кот тоже свесил голову и увидел заднее колесо, от которого остались одни ошметки.
– Туда. – Колдун выскочил из машины и указал на ближайшую подворотню.
Следом за хозяином Лев Николаевич влетел под арку, и они оба скрылись во дворах.
С утра старший следователь Вертемягин пребывал в на редкость хорошем настроении. И не без причины. Он наконец-то закончил первый и, пожалуй, самый сложный этап подготовки к грандиозному деянию, которое собирался совершить.
Накануне вечером самоуверенный и дерзкий поганец, за три года попортивший хозяину литры крови, все же понял, что значит служить по-настоящему сильному колдуну. И подчинился, умерив свой раздутый до небес гонор.
На владение казенным чертом Владимиром Вертемягин подал прошение сам, уверенный, что быстро найдет управу на гордеца. Доносов, которыми черт-кляузник славился на все Управление, колдун не боялся.
Взяток он не брал, служебным положением для грязных махинаций не пользовался и к службе относился с должным рвением. Однако не слишком усердствовал и ловко избегал особо сложных и опасных поручений, при выполнении коих имелся шанс пострадать или опростоволоситься. Поэтому подкопаться к образцовому следователю не имелось никакой возможности даже у сильно желающего этого черта. А, видит Бог, поганец пытался.
Но откуда пустошному выкормышу знать, что целью колдуна Вертемягина являлась вовсе не карьера и, тем более, не презренный металл, а нечто настолько грандиозное, что от одних размышлений на эту тему кружилась голова?
И для осуществления великой цели казенный черт Владимир подходил как нельзя лучше.
Вертемягин не сомневался, что сломать его будет намного легче, чем на первый взгляд очень почтительного и послушного Иннокентия. Вот эту тварь колдун, будь его воля, в первых рядах вышвырнул бы в Пустошь, а не ставил главным дивом. Уж больно хитер, стервец.
