– Экипаж провалившегося «лунника» молчит?
– Тишина.
– Тогда мы пошли благословясь.
Задирко сжал пальцы в кулак, ткнул большим пальцем вниз, жестом определяя смысл дальнейших действий.
Пилот кивнул.
«Русь» начала опускаться к провалу в Море Кризисов.
– Запаковывайся, – сказал Задирко.
Миха, то есть Михаил Астахов, белобрысый и смешливый, всегда готовый прийти на помощь всем, кто в этом нуждается, взял «под козырёк» и выбрался из кресла. Cкафандр «Чибис-Л», имеющий ранцевый двигатель, находился в стыковочном отсеке, и операция переодевания требовала умения и времени – около четверти часа.
Правда, в отличие от процедуры облачения в скафандр первых космических экспедиций, когда требовалась помощь экипажа, современный «Чибис» мог надеть сам космонавт.
Корабль опустился до высоты в один километр, ниже скал и возвышений хребта Ванслова, олицетворявшего береговой вал Моря Кризисов. Все системы модуля работали нормально, двигатели вели себя выше всяких похвал. И Задирко скомандовал:
– Выпуливайся!
Астахов вошёл в тамбур-переходник, похожий на блистающего металлом робота.
Внутренний люк закрылся, открылся внешний.
– Красивая башня, – сказал вдруг пилот.
– Где? – удивился командир.
– Палец на запад, левее дырки.
Задирко нашёл башню. Высокая скала, венчавшая излом гор Ванслова, действительно чем-то напоминала обелиск.
– Не отвлекайся.
Серебристая фигура бортинженера появилась в глубине бокового экрана рубки: модуль не имел иллюминаторов, в отличие от американских «Таурусов» и китайских «Чанженов», зато обладал совершенной системой астронавигации и видеонаблюдения.
– Ни пуха, – привычно сказал Задирко.
– К чёрту!
– Главное – не суетись. Глянь одним глазом, что там за дыра, живы ли китайские коллеги, и назад.
– Не первый раз замужем, – фыркнул Астахов.
Серебристая фигурка окунулась в чернильную тень от скал, пропала из виду. Была видна только слабо светящаяся струйка плазмы из «ранца».
Задирко шевельнул рукой.
Понимавший его без слов пилот чуть повернул нос корабля, чтобы солнечные лучи освещали его сзади.
Скафандр бортинженера выплыл из тени, приблизился к провалу, в котором скрылся «лунник» китайцев. Заработала телекамера скафандра, вмонтированная в нагрудную кирасу.
В большом полусферическом экране кабины, создающем объёмный эффект, откололась часть изображения, сформировала свой объём. В нём раскрылся провал, по форме напоминающий лезвие ножа. Однако в его глубине стояла такая темень, что ничего нельзя было разглядеть.
