Однако в сознании что-то сработало, будто проскочила искра включения, и глаза почернели, наполняясь тёмной угрозой. Что случилось, Роман сообразил уже после инцидента: сработала внушённая кем-то п р о г р а м м а! Парень был кодирантом!
– Бей их, пацаны!
Он взмахнул битой, и Роман вынужден был перейти в иной уровень противостояния, где требовалось не только умение чувствовать эмоции и желания противника, но и упреждать действия на физическом плане.
Тренировки с Вохой не прошли даром. «Интуитивка» включилась сама собой, хотя и с небольшим запозданием (всё-таки он надеялся справиться с отморозками на уровне ФАГа).
Тычок пальцами в горло, удар ребром ладони по бицепсу, выхват биты из ослабевшей руки, удар битой по лбу бросившегося вперёд Санчо.
И тишина после падения обоих на асфальт.
Третий безрукавочный верзила успел сделать только один шаг, а бита уже была направлена ему в нос.
– Не советую, – покачал головой Роман, ощутив поднявшийся внутри гнев. Сейчас он мог бы запросто закрыть сознание парня, сделать в памяти провал, заставить смеяться и плакать, но не стал этого делать.
– Убирайся!
Мордоворот вздрогнул, мелко-мелко перебрал ногами на месте, так что ожившая Юна прыснула.
– Помоги им! – приказал Роман гулко. – Живо отсюда!
Оглушённые парни с трудом поднялись на ноги, мотая головами, и приятель повёл их со двора, поддерживая под руки.
Редкие прохожие во дворе с любопытством посмотрели на получивших отпор бандитов, на Романа.
Юна бросилась к нему, схватила за локоть.
– Спасибо!
Варсонофий, прищурясь, окинул его изучающе-ироническим взглядом.
– Не знал, что ты такой мастер рукопашки.
Я тоже не знал, признался сам себе Роман.
– Прошу прощения.
– Благодарим, конечно, однако лучше бы ты не вмешивался. Они тебе впоследствии проходу не дадут.
– Ничего, переживу. Тот, с битой, был кодир…
– Я понял, – перебил его Варсонофий. – Мы поехали, и ты подумай о переезде. Геннадий разве не учил тебя «щучьему повелеванию»?
– Чему?
– ФАГу.
– Учил.
– Вот и надо было тихонько либо совсем никак. Теперь-то уж что говорить. Пока.
Роман хотел возразить, что ФАГ в отношении парня с битой не сработал именно по причине его закодированности, но модератор избегал терминологии не зря, его домочадцы едва ли понимали, о чём идёт речь, и Роман промолчал.
Юна, садясь в машину, кинула на него взгляд, в котором лучилась такая отчаянная мольба – о с т а т ь с я, что он едва не махнул призывно рукой.
